На следующий день после разговора с Плио, блондинка не выдержала, и задала-таки вопрос наставнику по поводу Метки. Тот не стал отрицать её наличие, но был явно недоволен.
— Поменьше слушайте ведьму, Карина Александровна, — посоветовал он. — Эта змея ползала и кусалась ещё когда вас и в помине не было. Она вам так голову задурит, что вы чёрное от белого отличить не сможете.
— Но Метка! Она же поставила на меня Метку! Она теперь что же, может мне приказать, и я…
— На вас и моя Метка стояла, — напомнил Кудей. — И что, вы моим приказам подчинялись? Я вам учиться говорю, а вы по кабаком норовите… Метка… Метка метке рознь. Плио на вас свою кинула, чтобы от вас эманации компаньонки Виталиано шли. Помните сержанта нашего, Василия? Он слабый маг, конечно, не учует, а вот будь чуть-чуть посильнее, то мог бы определять, кто Метку поставил. М-да… Я его пытался натаскать, уж больно у Васи талант хороший, но… Не судьба.
— Так Плио мной управлять не сможет? — уточнила девушка. — Никак?
— Пусть только попробует, — зловеще ухмыльнулся старик. — Откатом её так приплющит, что…
Сунувшуюся было наверх Далию «стреножил» шарф, перетянувший шею брюнетки так, что до самого вечера та пребывала в полуобморочном состоянии, пластом лёжа на койке и со свистом втягивая воздух. На просьбу Карины прекратить издевательства, Кудей не отреагировал, посоветовав той заниматься своим делом, и не лезть туда, куда ей лезть не положено.
Великая Дарисвета хотела было обидеться на явную грубость, но ей и это не дали сделать, заставив держать треклятое перо над уровнем борта. Оттуда его то и дело пытался сдуть боковой ветер, и чтобы удержать «учебное пособие» пришлось выбросить из головы все посторонние мысли. К вечеру она была совсем никакая, зато появилось ощущение «стены», о котором неоднократно упоминал Гараев.
Это ощущение ясно дело понять, что она наконец-то добралась до первого испытания, после которого с полным правом можно будет называться волшебницей. На радостях Карина просто махнула рукой, когда Далия опять хотела ей что-то сказать. Небрежный взмах неожиданно породил воздушную волну, которая толкнула Плио с такой силой, что у той голова со стуком встретилась с перегородкой. Баронесса прикусила язык, схватилась за затылок и замычала, вытаращив глаза. Крыгина же сделала вид, что именно этого и добивалась, и с невозмутимым видом улеглась спать.
На следующий день они добрались до Перекатов. Дальше Ока меняла своё течение со спокойного на бурное, вода с грохотом и рёвом устремлялась сквозь мешанину торчащих тут и там скал и каменистых островков. Здесь начинался волок — участок, на котором корабли вытаскивались на берег и ставились на здоровенные волокуши, которые тащили упряжки. Здесь же стояла крепость, прикрывающая стратегическое место от набегов лихих людей, и собирающая дань за пользование волоком.
Но к волоку кораблик не пошёл, а причалил к берегу, свернув в небольшую заводь. Кудей с капитаном ушли в крепость, вернулись лишь к ужину. Маг сказал, что завтра путь продолжится, и действительно, с рассветом со стороны Волока прискакал воин, почти подросток, ведя за собой трёх лошадей. Лошадки были не молодые, но Кудей не стал препираться по этому поводу, а лишь благодарно кивнул.
Быстро перенесли пожитки мага и его спутниц, благо было их всего ничего. Кок сунул в перемётную суму Крыгиной два каравая и пирог, баклажку с чистой водой и плотно закрытую коробочку со специями. Двух других лошадок загрузили одеждой, копчёным мясом и всяким прочим, даже два трабуко в оружейные карманы на сёдлах сунули. В общем, снарядились, обнялись на прощанье, да и всё на этом. Лодья отвалила от берега, а путники развернули скакунов и двинулись в сторону темнеющего вдалеке леса.
Интерлюдия
Касим не спеша ехал вдоль берега, поглядывая по сторонам. До дальнего дозора два дня, так что торопиться никуда не надо. Да и дело-то, с каким его послал старшой, было ерундовым, всего-то сообщить Севастьяну о рождении племянника. Весть об том пришла вчера, а сам племянник родился аж неделю назад, так что срочности не было никакой, тем более, что в дозоре Севка будет ещё пять дней. Но командир крепости, получив вчера указание о передаче трёх лошадей безымянным пассажирам лодьи, решил по-своему. Лошадей отведёт Касим, а заодно и радостную весточку доставит.