— Котырев обещал какую-то проверку, — напомнила Карина.
— Ага, — скептично кивнула Муратова. — Обещал. И вот прикинь, что со мной будет, если выясниться, что папаша соврал? Куда меня тогда, на кичу? Или куда похуже? Нет, уж лучше на такое не надеяться.
— Спокойно, подруга, — подмигнул ей Игорь. — Мы своих не бросаем!
— И что ты сделаешь? Князя на дуэль вызовешь? — с усмешкой спросил Гараев.
— Может и вызову! Крайним случаем, можно в бега податься. Собрать харчей, монету добыть, да и рвануть куда глаза глядят. Или вон, к Борухычу на корабль сесть, он нас до Америки подбросит.
— Если она тут есть, Америка та, — усмехнулся Эльвира.
— Чёрт меня подери, другой мир! В голове не укладывается!
В комнате после восклицания Герцмана воцарилось молчание.
Этажом выше, в другой части крепости, за столом с бутылкой вина сидели князь Котырев и отец Игнатий. Комната была размером не больше той, в которой были размещены земляне, но обстановка разительно отличалась. В углу горел камин, бросая красноватые отблески на хрустальные кубки с янтарной жидкостью. Стены были заставлены полками с книгами, а где полок не было, висели искусно вышитые гобелены. Князь держал в руке тонкую полоску бумаги, снятую с почтового голубя несколько минут назад.
— Он прибудет завтра, — поднял Котырев взгляд на священника.
— Опасную игру ты затеял, Борис, — покачал головой собутыльник. — И так на тебя донос за доносом пишут, теперь ещё и сокрытие попаданцев.
— Что предлагаешь, отче? Опять ждать? Сколько? Год, пять, десять лет?
— Виталиано тебе не простят.
— Руки коротки, — встопорщив усы, словно кот, готовящийся к драке, процедил князь. — Пусть попробуют меня взять, ублюдки, пусть только попробуют! На честной суд не потащат, я там такого наговорить на любого из них могу, что чертям жарко станет. Значит, напасть попробуют исподтишка, а мне только этого и надо. Поглядим, кто кого!
— Благослови тебя Свет.
— Спасибо, отче.
— Раз к нам голубь вернулся, значит и из столицы на днях весточка прилетит. Я велел Роберто собирать вам припасы в дорогу. Прости, но много людей выделить не получится.
— Мне хватит и своих. Десяток арбалетчиков и трабукеров, сержант, Василий, да и я ещё чего-то могу.
— Опомнись, Борис! Тут не Китеж, подмогу не пришлют. Я дону Роберто сказал, чтобы проводил вас на неделю пути, мне так спокойнее будет. Пришлых вооружишь? Какая-никакая бронька на них найдётся.
— Да, — подумав, кивнул князь. — Молодые, здоровые, почему нет? Дам по алебарде, сержанта приставляю, пусть привыкают. Надо бы их ещё на способности проверить. И перса подлечить не мешало бы, а то совсем плох.
— Завтра, — пообещал отец Игнатий. — Пока наш гость прибудет, пока отдохнёт с дороги, времени будет достаточно. А огнепоклонником нынче же займусь.
— Да он, вроде бы, магометанин.
— Единому без разницы, какими именами его в молитвах славить будут. Заодно и Валерия проверю, мне он самым смышлёным показался. А вот дамочку на причастность к роду — извини, не смогу.
Котырев пожал плечами:
— Переживу. У них там всё перемешалось за столетия, вряд ли она действительно потомок Бехана. Уголовница скорее.
— А вторая дева что? — прищурился отец Игнатий. — Здоровая, сильная, не рожавшая. Наверняка какому-то вельможе предназначена, кто светловолосых любит.
— Сплетница, — дал характеристику Крыгиной князь. — Треплет языком в сети и тем деньгу зарабатывает. На удивление неглупа, но вряд ли даром награждена.
— Гордыня в тебе сильна, сын мой, — укоризненно покачал головой священник. — Всегда ты таков был и к старости не изменился. Дар, он не к полу привязан, и не к сословию. Вот насколько дар разовьётся — это да, тут лишь от человека зависит, а наличие способностей — жребий, тебе ли не знать.
— Однако ж, магов среди знати больше, чем среди простого люда, — упрямо возразил Котырев. — Да и болтунов, как эта Карина Александровна, среди одарённых не бывает.
— Старый спор, — улыбнулся монах. — Давай, не будем его опять начинать.
— Как скажешь, отче. Значит, к послезавтра ты их в порядок приведёшь?
— И приведу, и проверю, не беспокойся.
— Хорошо. Тогда пойду с баронессой пообщаюсь. Свет великий, за что ты мне эту мразоту подкинул? После общения с Плио ощущение такое, словно в бочку с дерьмом окунулся. А ведь её тоже придётся с собой везти, так?