— Игорёк, ты чего заснул? Не видишь, мой кубок пуст… ик… ой? Ой, ик… Тьфу… Ну что ты на меня так смотришь? Не дам я тебе сегодня, у меня траур, понял? А раз понял, то наливай! Вот так, молодец. Давай, выпьем не чокаясь. Не хочешь? А я выпью, мне можно. Да, можно! Нужно, понял? И не ори на меня, я сама знаю, что пьяная! Да пошёл ты…
— Ой, Валера! Валерик, а давай выпьем, а? Помянем Эльвиру. Не пьёшь? Что, совсем⁈ Пресвятая Шанель, правда что ли? А я хотела с тобой на брудершафт… Валерик, ты такой душный! Эй, ты чего кривишься? Куда пошёл, спрашиваю⁈ А ну, стой!
— Ай, рука… Поднимите меня! Спасибо…
— А ты кто? Кудей? А, ну да, сорри, коуч… Ну, титчер, в смысле. В каком смысле? Ну, ты же меня учишь? Я же хорошая ученица? Я знаешь, как могу? Ща, покажу… Ыых… Ща, погодь… Пффр… Тьфу ты…
— А давай выпьем, а? А ю реди? Вот, хоть с тобой выпить можно, а то все вокруг гады такие… Да, давай, гоу! За тебя! Тьфу, что за гадость такая? Ой… Что‑то мне… Извини, мне надо…
— Самия! Ты где? Самия, помоги!
Валера Проц Сорокин
М‑да, а ещё спрашивает, почему я не пью. Вот потому что тебя вижу — ничего в глотку и не лезет, дура!
Каринка опять отличилась. Сначала рыдала на похоронах — по‑настоящему ревела, без балды. Потом весь день ходила как в воду опущенная, всё тишком да молчком. Глаза красные, лицо бледное, чисто вампир. Даже не среагировала на приезд начальства Котырева.
Впрочем, я тоже особо старался не лезть на глаза незнакомым дядькам, особенно новому барону Ламару, Гастону. Уж больно у него морда противная. А вот Герцман не растерялся: уже до ужина успел с новым начальником контакт наладить. Видел я, как наш политик с местным эсбэшником «за жизнь» разговаривали. Начальник тоже князем оказался, но в должности выше. Да и выглядел он именно как начальник, в отличие от Котырева, который повадками напоминал ищейку. Толстенький такой, пухленький, лысый как коленка, глаза колючие. Как Аарон с такими людьми общие темы для разговора находит, не понимаю.
Вечером собрались в большой зале. Ну, как большой… В Транье столовка раза в два побольше была, но Транье и крепость немалая — центр силы, как я понимаю. Понятно, почему дон Роберто в таком авторитете и почему, несмотря на вроде бы скромное звание капитана, к нему прислушиваются князья. У испанца, даже после вчерашних потерь, почти сотня юнитов в строю, а в крепости осталось раза в три больше.
Для сравнения: у Ламара и у двух прибывших сегодня днём баронов в сопровождении было человек по семьдесят, из них половина — наёмники. Я же в экономические стратегии тоже рубился, общий принцип понимаю, и мне ясно, что идальго является местным железным кулаком, который может раздавить любого мелкого землевладельца. И Транье — не просто крепость, в которой живут солдаты, но основа местной власти.
В общем, собрались на ужин, и тут Каринка опять отожгла. Напилась в зюзю, начала скандалить. Сначала Игорька послала — наверное, вместо благодарности за то, что он её с кладбища на плече у себя тащил и утешать пытался. Потом на меня переключилась, когда Вершинин терпение потерял и свалил из‑за стола.
— Валера, давай выпьем! Валера, ты такой душный!
Как сказанула про душнилу, так я ушёл от греха подальше. Аж кулаки зачесались, так она своим «ты такой ду‑ушный…» выбесила. Сначала Светка, теперь эта овца…
Главное — место и время подобрала, лучше не придумаешь. Ладно, я её где‑то понять могу: самому не по себе после вида раскромсанных тел. Но нафига всех‑то опять подставлять? Устроила концерт при князьях и баронах.
Ещё на Кудея начала вешаться. Ха! Надо было видеть, как он чуть ли не на глазах блондинки в вино порошок сыпанул и ей подсунул. А та глазом не моргнула и вылакала. Ну и рожа у неё была, когда снадобье подействовало! Я потом к Кудею подошёл, спросил, что это такое.
— Рвотное, — говорит, — пополам со слабительным, как в анекдоте. Давно проверить хотел на ком-нибудь, кого не жалко.
Же‑есть… Кудей — реально дядька суровый, шутить не любит, а если шутит, то конкретно.
В общем, если не считать выступления Великой, за ужином прозвучало два важных сообщения.
Первое: завтра нам опять седлать коней и отправляться в путь. На этот раз — к ещё одному барону, по фамилии Варон. Я гляжу, у них тут сплошь бароны, прям филиал Европы.