— На что уставились? — оглядел своих подданных Гастон Ламар рыбьим взглядом. — Представление окончено. А ну, живо все по домам! Готовьтесь к проверке, завтра я вами займусь.
Глава 17
Дархан Имра н ович
Ехать в телеге на толстой пахучей подушке из свежескошенного сена гораздо удобнее, чем в седле. Лежишь себе и лежишь, бездумно глядя вверх на голубое небо, по которому лениво плывут белоснежные облака. Картина эта ограничена высящимися по краю дороги деревьями и кажется, что небо висит так высоко лишь потому, что боится уколоться о вершины елей и сосен.
Я возвращаюсь в Транье вместе с парочкой раненых, которых Кудей отказался лечить. Не потому, что не захотел, а потому что некогда. Землян срочно затребовали к губернаторскому двору в Старгород. Не знаю, где находится этот Старгород, но явно не там, куда собирался князь Котырев и его начальник.
Вчера состоялась неудачная казнь баронессы Плио, которую прервал молодой программист Валера. Надо же, у нас теперь целых два мага, по местным меркам это круто. Правда, что Валера, что Карина, на мой взгляд, маги так себе. Ну в самом деле, они же дети ещё, особенно блондинка! Вот уж у кого в голове ветер гуляет. Про Сорокина ничего не скажу, я с ним и не общался почти, но на стоянках он возле Кудея постоянно крутился и о чём-то с Крыгиной препирался. Два сапога — пара, думалось мне, глядя на них, и вот, вы только посмотрите, оба стали магами.
Когда Проц заморозил костёр, я думал, князь его прикончит. Котырев вообще терпением не отличается, а тут его конкретно обломили, не дали ведьму казнить. А я думаю, он в этом сам виноват. Незачем было пленницу за собой таскать, мог бы сжечь её и в крепости. Теперь Далия Плио едет в караване рядом с мужем и бароном Ламар, который обещал её подлечить. Ох, кажется мне, что у Ренэ Плио скоро рога полезут от этого «лечения».
Но что там у них будет, уже не моя забота. С того вечера, когда прибыл Барбашин и меня выдернули из кровати, мне становилось опять всё хуже и хуже. На ужине ещё держался, но казнь совсем доконала, тем более, что шёл я на неё пешком, опираясь на руку Гараева. Физрук вполголоса матерился, ругая князей, которым зачем-то понадобился на сожжении весь состав попаданцев, а я молился Аматерасу, чтобы та даровала мне сил, чтобы дожить до вечера.
Когда погас костёр и страсти немного утихли, ко мне подошёл Кудей и быстро осмотрел. Покачав головой, он молча развернулся, подошёл к Котыреву и принялся высказываться, указывая на меня. Князь возражал, всё повышая голос, но потом к спору присоединился Барбашин. Вскоре консенсус был достигнут, меня положили на одну из телег, а Кудей, в очередной раз поколдовав, сказал, что меня повезут под наблюдение отца Игнатия. «Всё равно, — сказал маг, — Метки на тебе уже нет, да и не было никогда, скорее всего. Стар ты для такого».
— А как же Старгород? — спросил я, устраиваясь на повозке. — Туда же всех нас затребовали.
— Обойдутся, — коротко ответил седой.
Ну, обойдутся, так обойдутся, не больно-то и хотелось ехать к губернатору. Подальше от начальства, поближе к кухне, так сказать. Мне и в крепости неплохо будет, а если отец Игнатий меня опять на ноги поставит, так чего ещё желать?
Я всё думал, чем буду заниматься, когда вся эта возня с колдунами закончится, и решил, что место вроде Транье как раз для меня. А что? Там и целитель есть, и дон Роберто. Как командир он мне понравился. Да и кузня у них хорошая, а профессия кузнеца востребована. Я же на должность начальника не претендую, мне бы к делу поближе. Глядишь, я и смогу мечту осуществить, «свой» меч сковать, здесь для этого все условия имеются! И если судьба ведёт меня к этому через попадание в другой мир и смерть, то кто я такой, чтобы ей противиться? Всё, что ни делается, делается к лучшему.
Много ли места занимают три сотни всадников? С какой скоростью они могут перемещаться? С какой скоростью вообще двигались средневековые войска? В разных книгах про это пишут по разному. В одних воинские части преодолевают сотню километров за ночь, а утром сходу вступают в бой и побеждают. В других то же расстояние покрывается за неделю. В этой связи примечательно наставление для конницы РККА, в котором русским по бумаге было написано, что конная воинская часть должна рассчитывать скорость передвижения из расчёта двадцать километров в сутки. Всего двадцать! Неудивительно, что римские легионеры на этом фоне кажутся сверхлюдьми, а суворовские солдаты чудо-богатырями. А всё дело в том, что лошадь — не легионер, и имеет свой «запас хода», превысив который можно лишиться грозной боевой единицы. Те же танки никто не гоняет маршами через всю страну, предпочитая использовать для передислокации железнодорожный транспорт.