Они подошли к Кингу. Ржевский с опаской взял ведро. Растение потянулось в его сторону, как намеревавшаяся приласкаться кошка.
— Смотри-ка, ты ему нравишься, чуть и замурлычет. И ведь мог тебя на пол кинуть, а швырнул на кресло, — поразилась Даша.
Повар отошёл на несколько шагов.
— Дашка, если бы не ты, точно подумал, что у меня крыша поехала. Двое же не могут одинаково свихнуться? К этому, — показал пальцем на Кинга, — близко не подходи. Доберманов безопасней кормить, чем его.
— Я не в его вкусе, — попыталась пошутить Дарья. Но смешно им не стало, слишком двусмысленно прозвучала шутка.
Ржевский отправился на кухню. Дарья — убираться в кабинет хозяина. Когда она впервые зашла туда, в глаза бросилась витрина, как в музее, или в ювелирном магазине, внутри которой под стеклом находилось охотничье ружьё. Вячеслав Сергеевич, взявшийся тогда показать, где можно вытирать пыль, а к чему даже не прикасаться, видимо, заметив удивлённый взгляд девушки, пояснил:
— Когда-то давно я сказал другу, что увлёкся хищниками. Он решил, что я занялся охотой и подарил дорогое ружьё. Мы долго потом смеялись недоразумению. Следующим подарком стал Кинг. А из ружья я сделал экспонат, памятник нашей дружбе.
Теперь Даша уже ничему не удивлялась, руки машинально делали своё дело. Она обратила внимание, что сброшенная Кингом дионея, помещённая хозяином в специальный инкубатор, выглядит лучше. Рядом даже валялась пара перепончатых крылышек.
«Аппетит появился, на поправку пошла», — Дарья обрадовалась, вдруг бы хозяин всё-таки решил вычесть из зарплаты стоимость цветка. И тут обнаружила, что забыла специальную щёточку для сметания насекомых, мягкую, чтобы даже случайно не повредить растения. «Наверное, когда на кресле сидела, выронила», — подумала Даша.
Она быстро направилась в оранжерею, и так выбилась сегодня из графика. Слушать нотации экономки не хотелось. Щёточка закатилась под кресло. Дарья зашла за него, встала на колени, а в это время кто-то вошёл в помещение. Судя по шагам не меньше двух человек. Она уже хотела подняться, но незнакомый мужской голос заставил остаться в убежище.
— Отец, ты опять уходишь от прямого разговора!
— Все финансовые вопросы решает твой брат. Почему бы тебе не обратиться к нему? — голос Вячеслава Сергеевича лениво-недовольный. У Дарьи почему-то возникла ассоциация с человеком, отмахивающимся от назойливой мухи.
— Брат шагу не сделает без твоего согласия. Ты прекрасно это знаешь! Почему ты вдвое урезал моё содержание?
— Кризис в стране, — в голосе хозяина насмешливые нотки.
— Издеваешься? Значит, своей стерве все капризы исполнять не кризис? Этих монстров содержать — не кризис?
Дарья живо представила, как сын хозяина показывает на растения вокруг. Она не удержалась и выглянула из-за кресла. Вячеслав Сергеевич стоял спиной, его отпрыск в пол оборота к ней. Но, прежде всего, в глаза кинулось, что Кинг тоже подслушивает. Напряжённо и внимательно. Не растение — одно большое ухо. Дарья спряталась обратно. Заметят, стыда не оберёшься. Разговор между тем продолжался.
— Восстанавливайся в университете, тогда поговорим. — Ого, в голосе хозяина стальные нотки, может, он не такой уж добродушный дядька, каким выглядит.
— Я не хочу там учиться! Почему ты сам всегда делаешь, что хочешь. Женился на горничной, меняешь прислугу, чуть ли не каждый год, разводишь экзотическую мерзость, жутко дорогую, якобы оставил бизнес на брата, а сам ему самостоятельно вздохнуть не даёшь! Нас с сестрой засунул в универ получать нужное тебе, не нам, образование.
— Сынок, — обманчиво мягкий тон, — поговорка есть: кто платит, ну дальше сам знаешь, — и резкое продолжение, как удар хлыста: — Не восстановишься, лишу наследства.
— Ненавижу!!! — быстрые шаги и сильный хлопок двери. Отпрыск ушёл. Голос хозяина заставляет вздрогнуть, только позже приходит облегчающее понимание: он разговаривает с Кингом.
— Вот так. Ненавидит он. Никуда не денется и восстановится и приползёт прощения просить. Можно подумать в первый раз. А, мелочи. У тебя уже бутон появился. Замечательно. Так-так, пора и поохотиться, как считаешь? Жаль, ты не слышишь и не можешь ответить.
«Ещё как слышит, и ответить может, правда по-своему. Вот ведь сволочь хитрая: при хозяине ни усиков, ни щупалец, ни бликов салатовых, — подумала Даша, тренькнула тревожно мысль: — Пора поохотиться, а разве он уже не...». Но мысль тут же улетучилась, хозяин ушел, и Дарья принялась бегом заканчивать кабинет, чтобы успеть до обеда. Что-то ещё хозяйский отпрыск сказал интересное, но, закружившись, Дарья забыла о подслушанном разговоре.