— А коты? — спросила Анна. — Куда их?
— Ань, не факт, что сфинксы соседку убили. Наверное, объедали уже мёртвое тело. Зоя могла и от сердечного приступа скончаться. Я думаю, увидела, что эти монстры с Тобиком сотворили, вот сердце и не выдержало. Хотели их в приют, он закрыт на карантин. Соседи требовали усыпить котов-людоедов, чуть не сходку устроили. Следователь быстро урезонил. Говорит, представляете, сколько такие коты стоят? Вы, что ли будете наследнику ущерб возмещать? Желающих не нашлось. В квартире оставили. Меня просили приглядеть, пока родственники Зоины не приедут.
Неожиданно Анна увидела, что рука у мужа забинтована и забеспокоилась.
— Что случилось?
— Да этот, с ошейником, цапнул, когда я их на кухню относил. Осмотру мешали.
— Витюша, они же опасны, человечины уже попробовали, как ты за ними будешь приглядывать?
— Ань, не выдумывай. Это всего лишь кошки. Не львы, не тигры, не пантеры. Кошки! Пойдём ложиться, поздно уже. Может, получится уснуть.
— Вить, давай свет в коридоре не будем выключать? — жалобно попросила Анна. Муж посмотрел с сочувствием и молча кивнул.
Ночь протекала кошмарно. Анна то проваливалась в чёрную дыру без сновидений, то выныривала, мучительно пытаясь осознать: кто она, где она. Лишь размеренное ровное дыхание спящего мужа удерживало от паники. Вот он — Витя, значит, всё в порядке. Нестерпимо захотелось пить. Анна опустила ноги, пытаясь нащупать тапки. Вспомнила, как выкинула их, и по какой причине. По спине пробежали мурашки. На кухню отправилась босиком, зажигая все светильники на пути. В зеркале около входной двери увидела себя как бы со стороны: осунувшаяся молодая женщина с огромными глазами и затравленным выражением лица. За спиной мелькнула тень и два красных огонька. Анна резко обернулась. Нет, показалось. Быстро попив воды, она бегом вернулась в спальню, юркнула под одеяло и закрыла глаза. Удалось задремать, но не надолго. Коснувшись в полусне мужа, почувствовала, что он горячий. Приподнялась на локте, вглядываясь. Виктор спал, накрывшись с головой. Она потянула с него одеяло и тихонько позвала:
— Витюша, у тебя температура, просыпайся.
Муж заворочался. Повернулся. Анна вскрикнула. Вместо головы Виктора показалась морда огромного сфинкса с миндалевидными мерцающими глазами. Женщина без сил откинулась на подушку и зажмурилась, представляя, как огромные клыки впиваются в её плоть. Холодный пот выступил на лице, спине, в ложбинке между грудей. Неожиданно нежное прикосновение заставило вздрогнуть. Непонятно откуда появилась уверенность: сфинксы не причинят вреда. «Всё правильно, звери не трогают сумасшедших, особенно, если они сами — галлюцинации», — подумала Анна и смело открыла глаза. «Галлюцинация» приобрела вид мужа.
— Ань, извини, что разбудил. Дай таблетку. Знобит меня. И руку дёргает, как при нарыве.
Анна всполошилась, соскочила с кровати и заявила:
— Собирайся, немедленно едем в травмпункт. Сразу надо было, а я, ворона, только о себе и думаю.
— Ань, это за машиной в гараж надо, может, утром... — сделал попытку увернуться недолюбливающий походы по врачам Виктор.
— На такси поедем, — твёрдо ответила Анна и заметалась по комнате, приговаривая: — Так... паспорт... полис... флюорография... денег побольше на всякий случай...
— Это на какой такой всякий случай? — подозрительно спросил муж.
— Ну, лекарства, там, купить, бинты, — ответила Анна. Мысль, что, возможно, придётся лечь в больницу, она благоразумно не озвучила.
Вскоре они стояли перед сердитой медсестрой, записывающей данные. В кабинет вошёл заспанный врач, спросил:
— Что случилось? — и смачно зевнул.
— Кот покусал, — пояснила медсестра.
— Кошки совсем озверели, пятый случай за неделю. Жара, что ли на них так действует? Кот домашний или бродячий? — Врачу, видимо, удалось справиться с дремотой, взгляд прояснел. Выяснив, что кот домашний и, к тому же, породистый, он протянул: — Жаль, а то бы голову в лабораторию привезли, там бы на срезе глянули. Если бешенство, в передних рогах мозга специфические включения... ну, неважно. А так придётся прививки делать.
— Сорок уколов в живот, — помрачнел Виктор.
— Не выдумывайте, — возмутилась медсестра, — это прошлый век. Пройдёмте-ка в перевязочную на обработку.
Анне показалось, мужа не было вечность. Он вышел весь бледный. Врач появился позднее, обернулся и сказал в дверь медсестре:
— Мариночка, использованные перчатки, вату помести в отдельный контейнер, — затем обратился к Анне. — Рана сильно инфицирована. Удивительно, что за такое короткое время уже практически абсцесс. Нужно поколоть антибиотики. И пройдите к прививочной, это шестой кабинет. Марина Игоревна освободится, сделает прививку от бешенства. Да, и скажет... — закончить он не успел.