— Да, это так, — подтвердил с места начальник отдела продаж. — Мы завалены предварительными заявками на ошейники с ониксом для кошек. Спрос на порядок выше прогнозируемого. Партия уже на складах. Ждём только распоряжения Сергея Станиславовича. Предоплата получена. Деньги уже пущены в оборот.
Фелинолог подскочил и горячо и даже внятно воскликнул:
— Но кошки непредсказуемы! Никто не может сказать наверняка, кого они признают чужаком и кого посчитают слабым. Напали же они на сторожа одного из приютов. А он был не больной, всего лишь пьяный. Мы выпустили джина из бутылки. Мы превратили милых домашних животных в монстров, чудовищ! При длительном воздействии оникса процесс становится необратимым на генетическом уровне. Неизвестно каким будет потомство. Нужно исследовать и исследовать.
— У вас было время на исследования, мы даже согласились, по вашей просьбе, закрыть приюты на карантин, — резко оборвал глава компании. — И где результаты, аргументированные, научно подтверждённые? Вместо этого вы потчуете нас страшными сказками. — Сергей Станиславович отвернулся от сникшего учёного и обратился к собравшимся: — В условиях жёсткой конкуренции мы не можем позволить себе отказаться от таких доходов. Надеюсь, никто из присутствующих здесь не мечтает о банкротстве? Проданные ошейники не изымать, партию со складов отправить на реализацию. Думаю, о неразглашении сведений о компании напоминать не нужно? Все свободны.
Люди расходились молча. Фелинолог опустился в кресло, обхватил голову руками и закачался из стороны в сторону. Этот полный отчаяния жест произвёл на главу компании большее впечатление, чем предыдущая пламенная речь.
Отменять принятое решение Сергей Станиславович не собирался, но подумал, что лично проинспектировать приюты для животных не помешало бы. С карантином следовало тоже определяться.
Первый же приют принес неприятный сюрприз. Ни на посту охраны, ни на рецепшен никого не было. «Уволю к чертям! — разозлился глава компании. За стойку прошмыгнула кошка. — Вот, и кошек умудрились распустить. Раздолбаи». Он собрался идти внутрь и устроить разнос, но раздался звонок сотового телефона. Звонила жена. Сергей Станиславович скривился как от зубной боли. Угораздило же жениться на девчонке на двадцать лет моложе. Идеальная красавица, на проверку оказалась недалёкой и меркантильной. Одно мирило с её выходками — сын, чудесный малыш. Сейчас жена и сынишка находились в загородном коттедже.
— Сержик! — раздалось из трубки. — Давай котика возьмём. Тут к нам один забрёл на участок. Такой ласковый! Маленькому все ножки, ручки облизал и мурлычет, мурлычет!
У Сергея Станиславовича дыхание перехватило от возмущения:
— С ума сошла! К ребёнку пускаешь бродячих котов.
— Он не бродячий. Это сфинкс и у него ошейник с ониксом. Не дешёвый.
В голове Сергея Станиславовича мелькнули слова фелинолога: «...кошки непредсказуемы! Никто не может сказать наверняка, кого они признают чужаком и кого посчитают слабым».
— Немедленно выгони кота! — крикнул он.
— Не смей на меня орать! Сказала: берём, значит, берём! — тоже крикнула жена и отключилась.
Сергей Станиславович дрожащей от гнева и беспокойства рукой набрал номер. «Аппарат абонента выключен или вне зоны действия сети», — раздалось в трубке. Он поставил на автоматический дозвон. Набрал домашний телефон — занято. Беспокойство начало перерастать в панику. Сердце забилось с перебоями, мучительно заломило висок. Из коридора, ведущего к вольерам, показалась уборщица с моющим пылесосом в руках.
— Закрыто у нас, — сообщила она.
— Начальство в лицо надо знать! — рявкнул глава компании.
Откуда-то сзади раздалось кошачье урчание.
— Ой, простите, ради Бога, — принялась извиняться женщина.