— А это бриллиант моей коллекции! — пафосно воскликнул хозяин. — Король среди хищников, я так и называю его: Кинг. Не поверите, Дашенька, учёные не знают такой вид. Они дорого бы дали за возможность исследовать, но разве я кого подпущу к своему детищу. Сейчас уже смирились, а поначалу даже выкрасть пытались. — Вячеслав Сергеевич захихикал. Затем продолжил: — Мой друг участвовал в международной экспедиции в Бразилии пятнадцать лет назад. Ах, да, вы ж наверняка не в курсе, что в далёком 1949 году на территории Бразилии отмечалось падение метеорита, сравнимого с Тунгусским. Его осколки не найдены до сих пор, местность труднодоступна. Приятелю тоже не повезло. Повезло мне — он наткнулся на удивительное растение, несомненно, хищное, оно погибло, не сумев переварить добычу. Но, погибая, успело отпочковать малыша. Совсем крошечный был, на пол-ладошки! Памятуя о моём увлечении, друг сумел привезти Кинга. Он, кстати, до сих пор уверен, что это один из видов инопланетной цивилизации, занесённый с метеоритом на нашу планету. Уфологи все зациклены на пришельцах. — «Кто бы говорил», — подумала Дарья, а Вячеслав Сергеевич продолжил: — Кинг — чудесный, уникальный экземпляр! Раз в год он цветёт, но перед этим должен поймать крупную добычу. Аромат его цветка упоителен, исцеляет, дарит надежду, молодость, жизнь... — Тут хозяин осёкся, словно сказал что-то лишнее и перевёл разговор на другое: — Даже в домашних условиях растения-хищники должны охотиться сами. Нужна живая жертва. Мы оставляем включенным свет и приоткрываем окно на ночь, мошки налетает достаточно. Плюс удобряем специальной подкормкой — я сам разработал рецепт — два-три раза в месяц. Кроме Кинга, малышу противопоказан лишний вес перед цветением.
Дарья покорно выслушала технологию приготовления рыбного бульона и о том, как важно его подкислить лимоном, ведь для растений-хищников щелочная среда губительна. Затем хозяин опомнился:
— Заболтал я вас, милая барышня. Идите, идите.
Остаток дня вышел суматошным: получение инвентаря, быстрая экскурсия по дому и двору. Дарья боялась увидеть во сне жуткие растения, но отключилась, только коснувшись подушки. Повезло.
Первые дни дались Дарье тяжело. С непривычки спина болела от напряжения. Если Настя с Маринкой умудрялись кокетничать с охраной, а Ржевский был весел как щегол, то Даша после окончания рабочего дня чувствовала себя сомнамбулой. Как во сне переодевалась, принимала душ, ужинала, не чувствуя вкуса и машинально съедая подложенный поваром дополнительный лакомый кусочек. Доползала до кровати и спала без сновидений до утра. Но такая усталость имела и положительные стороны. Даша входила в оранжерею, почти не вздрагивая, и научилась не обращать внимания на звучавшую в голове считалочку.
Утром растения выглядели сонными и потому не такими кровожадными. Чтобы подбодрить себя, Дарья убиралась и читала вслух стихи. Благо знала их предостаточно. Вскоре ей показалось — растения слушают. Невероятно, но Венерина мухоловка веселее выглядела на стихи Пушкина, а кувшинчики-непентесы предпочитали Маяковского и Хлебникова. Даше показалось, что и уборка идёт быстрее и легче.
Она постепенно привыкла бы к цветам-хищникам, но всё время пребывания в оранжерее девушку не оставляло ощущение чужого взгляда. За ней кто-то наблюдал. Становилось тревожно, зябко. Неужели скрытые камеры? Даша уточнила у всезнайки Ржевского. Тот отнёсся к вопросу серьёзно и через день ввалился, как обычно, без разрешения. Уселся на облюбованный стул и принялся, как он выразился «докладывать разведданные», поглядывая, как Даша сушит феном волосы.
— В доме и во дворе видеокамер нет. Есть у ворот и кое-где по периметру ограды. Всё. Кстати, здесь хозяева каждый год персонал полностью меняют, кроме экономки и приходящих. Хозяин ничего мужик, может, хозяйка стерва, из-за неё? Моя шефиня говорит — через недельку мадам прибудет, — и без перехода добавил: — Дашка, давай переспим.
От подобной наглости Дарья замерла, затем схватила подушку и запустила в Ржевского.
— Что, пошутить нельзя, — он ловко поймал подушку, водрузил на место и ушёл довольно посмеиваясь.
На следующий день, убираясь в оранжерее, Дарья чутко прислушивалась к ощущениям. Даже укорила считалочку: где надо помощи не дождёшься. Дважды пройдя туда и обратно, остановилась в центре. Не может быть. Ещё раз прошлась из одного конца в другой. Всё правильно, ощущение чужого внимания усиливалось напротив хозяйского любимца. Хотя почему нет? Другие же растения слушают стихи.