Луна Кантрип
Кукарекумерки
Вступление
После смерти отца Мина впервые с подросткового возраста возвращается в Гостлайт1-Фоллс. Все вокруг покрыто тайнами, и она жаждет разгадать каждую. Когда загадочный мрачный незнакомец спасает ей жизнь, она устраивается работать в его куриный приют и начинает влюбляться в своего босса.
Но Эдвард Кудахталлен скрывает самый главный секрет под темным плащом. Может ли быть, что Гостлайт-Фоллс — это именно то, чего она так долго искала?
Действие разворачивается в Гостлайт-Фоллс — самом клевом вымышленном маленьком городке на северо-западе США. «Кукарекумерки» — это отдельная уютная паранормальная романтическая история «не совсем про вампиров» с таинственным героем, обладающим сверхъестественными силами и острыми клыками, и героиней, решившей раскрыть все его секреты. Новелла с атмосферой жутковатого фильма на Hallmark и приличной дозой разврата.
«Кукарекумерки» — это уютный монстр-романс, но в нем все же есть вещи, которые могут кого-то смутить. Обратите внимание на следующие триггеры:
— подробное описание секса (очень кринжового, безумно кринжового, но, слава богу, там всего на абзац).
— кровь
— милые куры
— клоака
(Ни один петух не пострадает.)
Глава 1
Прямо посреди улицы стоит курица.
Это шутка, что ли? Курица, переходящая дорогу?
Я собираю тележки на парковке после вечернего наплыва покупателей, когда замечаю ее. Птичка маленькая, белая, медленно клюет что-то прямо на проезжей части.
Наверняка она сбежала из «Птичьего братства» — куриного приюта через дорогу. Сейчас движение слабое, в Гостлайт-Фоллс ленивый вечер вторника. На крошечной парковке у магазина осталось всего несколько машин, а на ухабистых улицах городка почти пусто.
Ну ведь кто-то заметит? Кто-то подойдет и что-то сделает, чтобы ее не сбили?
Но, окинув взглядом тротуар, я понимаю, что вокруг абсолютно никого. Бедная маленькая курица сама по себе. Я глубоко вздыхаю и иду к ней.
— Иди сюда, девочка, — воркую я.
— Ко-ко, — отвечает курица.
Я приседаю, чтобы схватить ее. Она на удивление спокойная, дает взять себя на руки. В глаза бросается золотистый блеск на ее шее.
— Алиса? — читаю я крошечные буквы на ошейничке. — Что ты тут делаешь одна?
— Ко-ко.
Ответ ничего не объясняет, но она уютно устраивается у меня на сгибе локтя. Кажется, она ручная.
— Сладкая, кто-то точно по тебе скучает.
Я слышала о приюте, но он появился всего пару лет назад. Когда я проводила каждое лето с семи до шестнадцати у папы в Гостлайт-Фоллс, его еще не было.
Хозяин приюта — личность интересная, хоть и замкнутая. Я пару раз видела его в городе, но он даже продукты себе сам не покупает, хотя работает через дорогу от магазина, просто каждую неделю заказывает доставку. Я бросаю взгляд на здание. Может, найти Алису — это мой шанс наконец познакомиться с ним?
— Убирайся с дороги, идиотка!
Велосипедист, несущийся по улице, почти налетает на нас, когда я наконец его замечаю. Реагировать уже некогда. Все, что я успеваю — это свернуться вокруг курицы калачиком, надеясь прикрыть ее собой. Черт, черт, черт побери. Я сейчас сдохну посреди дороги, спасая бедное беззащитное животное. Некролог будет гласить: «она умерла, как и жила — идиоткой».
Слышится еще один крик, и как раз в тот момент, когда я ожидаю удара, меня внезапно окутывает мягкая, как перо, темнота.
Велосипедист взмывает дугой прямо над головой и с грохотом падает по другую сторону от меня.
— Ты в порядке? — спрашивает голос, низкий и темный, будто обволакивающий меня.
Я узнаю его мгновенно. Эдвард Кудахталлен, хозяин куриного приюта. Его невозможно спутать ни с кем другим, даже несмотря на то, что я никогда не была к нему так близко. На нем странный длинный плащ, несмотря на теплую летнюю погоду. Лицо скрыто под тенью капюшона. В темноте блестят его глаза — такие темные, почти черные, — только резкая линия губ едва различима.
— Да… я… я в п-порядке, — заикаясь, отвечаю я. Никогда еще меня так внезапно не накрывало желанием узнать о человеке все и сразу.
— Да что, блядь, с вами не так! Вы, идиоты! Это же опасно! Я мог вас убить! — велосипедист поднимается с земли, отряхивая пыль со штанов. Несмотря на обстоятельства, выглядит он почти невредимым.
Эдвард поднимает меня и ставит на ноги с такой легкостью и скоростью, что я не успеваю опомниться.
— Это жилой район. Это ты носишься, а тут пешеходы! — Эдвард оборачивается к велосипедисту. Лица его я не вижу, но в выражении что-то настолько пугающее, что мужчина сразу отступает. Схватив велосипед и буркнув что-то под нос, он снова выкатывается на дорогу.