И я чуть было вновь не улетел с крыши дома, реагируя телом на такое вот заявление. Посмотрел на показавшееся над горизонтом солнце, «пнул» Нилу на другом конце страны, что разнежилась в теплой постельке, средь роскошных перин. Скомандовал ей «Подъем, стреляют!» что бы… слишком сильно не расслаблялась и не нежилась, наконец добравшись до цивилизации, отмывшись в ванной, приодевшись, и заселившись в дорогой номер отеля.
Она, от части, заслужила, но… такие траты ей далее не светят! Награда должна быть дозированной! Иначе начнет восприниматься как данность! Так что вот когда начнет меня нормально слушаться, и не срывать планы по глупости, вот тогда и будет жить в таких вот номерах, мыться в огромных ваннах с пузырьками газа, и спать на мягких постелях, в перинках которых можно утонуть.
— Это, надо, заслужить! — рычу ей «в ухо», и придавая ускорение разрядами тока, гоню в ванную, умываться и подмываться, а то девица с просини… испортила эту великолепную перинку.
— Так я же итак! Я же… — пытается она оправдаться, забегая в санузел, и смотря на саму себя в зеркало, на растрепанную и заспанную в девку в отражении.
— Вот ты и заслужила, один день комфортабельного отдыха. Будешь меня слушаться, и делать ВСЕ, как я скажу, будешь жить в таких номерах постоянно. А пока…
— Но…
— Никаких но! Сколько раз ты сорвала мои планы? Хотя бы те разы, что за последнюю неделю⁈
— Да… это случайно! И вообще!
— А медведя будить ты тоже случайно пошла?
— Медведя? Но ведь… это, я… он же спал! Да! Спал! И я…
— Он спал! Пока ты не решила его «потыкать ножиком».
— Но…
— Думала его убить и поесть? Что киваешь⁈ Дура! Сравнила плоть медведя больше тебя самой. и тех детей и стариков, которых ты обычно убивала!
— Но… это… это просто нож подвел! Вот!
— Надо бы тебя подставить под взрослого мужика, пусть он тебя малость поколотит, может ты тогда наконец поймешь, в чем разница, меж теми «сильными», на которых ты обычно нападаешь, гордо считая себя убийцей, что над народом, и реально сильными, что реально над миром.
— Но я, это…
— Мужика охотника! Ага!
— Нееет… не надо… — сползла эта Нилу на пол пред зеркалом, а я украдкой усмехнулся — дурочка! Но горделивая, и с завышенным самомнением.
И… несмотря на свой дар, почти бесполезная! Её силе, нужно время, чтобы начать работать как убеждение. А если её «заговорот» сорвется в начале, на неком противоречии, или недопустимом действии — начинает вырабатываться иммунитет. В общем — только одноклассников чморить с такой способностью! Ну и всяких копов, что изначально не видят в ней угрозы-врага, и готовы слушать щебет-россказни, позволяя себя «очаровать».
Против настороженного и немного параноидального криминального контингента — вообще фактически не работает эта её хваленая сила убеждения-очарования. Бесполезна сила! Как и сама эта Нилу. Проще убить, но…
— Ты не понял брат, — улыбается тем временем сестренка, привлекая внимание к себе, «мешая любоваться рассветом». — не в смысле, зачем мы будем тогда, а в смысле… почему кто иной подобное не организует? Поставить завод, с дармовыми рабочими «за еду и жильё». Купит участок, и стройку организует по тем же критериям бесплатной рабочей силы. Людям некуда деваться! Люди пойдут! Но почему… никто подобного не делает?
— Понимаешь сестренка, завод стоит миллионы. И нанимать за станки кого попало «с улицы» это рисковать этими миллионами. Рисковать тем, что не обученный человек, что-то там сломает, и будет убыток, который этому человеку никогда не покрыть — у него даже квартиры нет, которую можно было бы изъять, в счет покрытия убытка.
— Хорошо, понимаю. — чуть подумав, ответила сестра, кивнув головой, — Завод, это дело профессионалов! И чем больше автоматизации, тем более профессиональные люди нужны. В нашем случае — только мы двое, что профессионалы высшей категории! — выпятила она свою грудку, сверкающая кожей, и грязью на ней, в свете восходящего солнца, — Так что, допустим, завод будет с нормальными работниками, как у нас полностью автономным. Но вот дальше? По части самой стройки! Почему бы там не использовать туже схему, что планируем использовать мы! Что мешает?
— То, что строить одну квартиру, даже из обычного кирпича, один человек будет недельки две, а возможно месяц, даже десять квартир за одну — десять месяцев труда! Наши родители, имея очень хорошую зарплат, зарабатывали за год сто тысяч, квартира в Сиэле стоила двести пятьдесят. Думаю, — улыбаюсь я во все зубы, — дальше можно не продолжать.