— Если какую-то тетку качественно оттрахает сильный охотник, и она не залетит, есть шанс, что дамочка сама станет охотником? — продолжила сестренка за меня хмуря бровки, — Все так, да? — и я подтверждающе киваю в ответ, — Блеск! И как тогда в этом мире… охотников самцов еще не заездили до состояния изнеможения⁈
— Кто сказал, что нет? — усмехаюсь я в ответ. — Вон того же Скалу, во времена, когда он еще был не камнем, оседлывали целыми ротами девок! И это вот, крутили по ТВ, пусть и в ночное время.
— Нда? Э… я что-то еще не знаю об стране где живу? — склоняет сестричка голову на бочок, глядя с вершины.
— Ну… вообще да. Сейчас вот с охотниками мужского пола все как-то проще. А вот раньше…
— Нет! Не надо! Не говори!
— Так и с женщинами все было не айс, в эти стародавние времена!
— Да? И что же там было?
— Обязанность родить как минимум одного, учет фертильности… что-то там еще, но я как-то прицельно не искал подобные сведения в сети, мне… как-то незачем это знать.
— Кажется, я начинаю понимать, почему демография в стране столь стремительно ухудшается. И дело не в каких-то там, заговорах, — мотает она головой, мотая и гривой своих длинных волос, что подметают собой вершинку многокилометрового столбика, — их ведь нет в Залихе, как понимаю Не по части умерщвления населения через сокращения численности, ведь так? — встаёт сестра на башенку ножками, и уперев ручки в бока, смотрит на меня, все так же сверху вниз.
— Вообще-то есть.
— Да?
— Ага.
— Так как тогда…
— Вот это вот, и есть часть этого плана.
— Э…
— Чтобы сохранить численность, нужно, как минимум, признать наследственность! А в стране, наоборот, отчаянно распространяют теорию, мол охотник может родится…
— И не от охотника. — продолжила сестра за меня, качая головой, уже не глядя в низ, — И у простых людей бывают дети с сильным даром, и охотникам лучше спариваться с не охотниками… постой! Так получается…
— Да, все, что я вижу, говорит об обратном. А то, что у охотников от обычных чаще бывают дети, лишь подтверждает это все.
— С самцами все ясно, — проговорила сестричка, продолжая стоять статуей «девочка, смотрящая в даль» на вершине шеста, — простая женщина, быстро получит «полный бак» от самца охотника, и родит, но вот как быть с самками охотника? С теми, у которых мужик простой?
— Тела людей, похожи на алгоритмы болванок, — поднял я в руке одну такую вещь, и потряс её в воздухе, словно бы демонстрируя сестре «где-то пред её носом», — они, не умеют думать полноценно, но глупыми назвать их язык не повернется. И хоть всегда есть место веры в чудо, но считать умеют полноценно даже мозги без разума. И понимая, что из раза в раз, приходит одна и та же мизерная доза, ведь даже простой мужик, без магии, что-то там дает! И понимая, что накопить на что-то путное с такими поступлениями можно будет… никогда! Решаются на риск, с рождением слабака.
— То есть, — задумалась сестричка, и решила все же сесть обратно на столб, и не стоять аки памятник, — если все повторяется из раза в раз… а что если нет?
— Если она своему слабачку охотница изменяет, есть риск, что родит она в итоге только под занавес, тогда, когда тело будет уже на грани потери способности иметь детей. И кстати, если у людей без магии, их сила, и сила «заемная», это одно и тоже, то вот у женщин с даром, все несколько не так.
— И как же? — усмехается сестренка, сидя на верхотуре, и улыбка её уже через миг меркнет, как видно от осознания.
— Ты мне лучше скажи! Ты лучше знаешь!
— У них есть… кармашек! — пучит она глаза, и неожиданно начинает ругаться нехорошими словами, а башня под ней, начинает дрожать, но уже через миг, возвращает себе абсолютную целостность, и вырастает вверх, еще на пол километра. — Они туда, словно бы в кармашек, откладывают эту заёмную силу! Они… Погоди! А зачем им вообще это нужно? Почему просто не использовать свою?
— А ты можешь оторвать от себя кусок и заставить его жить самостоятельно?
Сестра, восприняла это как вызов. И уже через мгновение, у неё в руке был небольшой камень, килограмма на два весом, из которого она тут же слепила небольшую фигурку человечка, в стиле «ребенок новорожденный», с ручками, ножками, гениталиями… головой, лицом, и всем что вообще есть у ребенка!
Впихнула в эту штуку свою силу, придала ей вид неких, примитивных конструктов, частично скопировав их с самой себя, связала силовыми линиями все конечности меж собой, заморочилась управлением головы и губ на личике этого младенчика.