И лучше забыть, и пытаться жить. Может не как прежде, но… так, как будет угодно Ему, столь желанному, недоступному, но по-прежнему столь близкому и родному. Тому, кто создал её, вырастил, и всегда был рядом. Тому, кому она обязана всем! И что несмотря на все её слабости, все равно хочет быть с ней рядом.
Но…
Йорк, сидел недалеко от вершины горы и с задумчивым видом смотрел вдаль, на горы, на пейзаж, кажущийся бескрайним, но утопающим в дымке, растворяясь вдали, что и не ясно становится, где кончаются горы, и начинаются облака. Смотрел на то, как эти самые горы, несмотря на всё своё величие, неприступность и высоту, уходят куда-то вдаль, за горизонт. На то, как где-то там, далеко, сияет некая полоска света в ночном небе.
Впрочем, вопросы «Почему всё так?» Почему горы исчезают, свет светит, звезд не видать, хоть еще не утро, а горы видно, хоть и еще не день, почему нельзя увидеть иного края земли, и иное, его в этот миг как-то не волновали. Впрочем, и раньше то подобное было ему мало интересно, не из тех он людей, что занимается думами о глобальном, любуясь масштабными пейзажами сидя на горе.
Да и вообще, его тут, на этой горе, быть не должно! Задание по доставке камней к турели он выполнил, и мог бы вернутся вниз, в бункер, но решил остаться тут, и посидеть тут, подумать о жизни. Не о смысле бытия и прочей чуши, а о том, как все изменилось за относительно короткий срок.
Как он, обычный и никому неизвестный, шестерка без будущего и перспектив, прошел войну, плен, и теперь вот… отдыхает. Ведь иначе и не назвать то, чем сейчас он занят! Чем сейчас заняты они все! Все жители этого места скрытого меж гор, и не конкретно в этот миг, а вообще, в последние пару месяцев.
Ведь все, что от них требуют сейчас их работодатели, это жить в бункере, следить за порядком, иногда поставлять боеприпасы автоматическим турелям, замаскированным под обычные камни, да держать себя в форме выполняя каждодневный комплекс упражнений «на физуху».
Все! Больше от них ничего никто не требует! Не воевать, и вести разведку, ни какую иную дополнительную деятельность проводить, тоже подземелье где живут как-либо обустраивая или исследуя территорию вне жилого комплекса спрятанного в глубинах шахт. Ничего! Обжили свой «угол» и более ничего и не надо. И даже карту всей площади шахт им предоставили готовой «на блюде».
И если бы не упражнения, и необходимость тягать тяжелые камни и гвозди по горам, да таскать мяско со склонов ко входу в бункер, они бы давно заплыли тут жиром! Стали бы кругленькими, и мало подвижненькими, идеальными десертами для водящихся в горах летающих хищников. Впрочем, мясо у этих птиц вполне неплохое, так что на их интерес к людям никто еще не жаловался.
Кормят их господа не прям хорошо, но нехватки в крупах и им подобных вещах нет совсем, готовить примитивные обеды в силах каждый, а у кого-то прям к этому талант, склонность интерес. Ну а разносолы — птицы спасают! Охоту на тех, кто на людей посягается им никто не запрещает! И хоть гигантские орлы, что в силах утащить в небо человека, поначалу пугали своим видом, быстро стали восприниматься не иначе как свежее мясцо, само летящее к людям.
Патронов для автоматов у них не маленько, и… лафа, а не жизнь! Мечта! Так можно и всю жизнь прожить! Хотя вопросы все же есть и в этом раю, начиная от «А будет ли так всегда?» и заканчивая тем, «А найдется ли тут место нашим детям?».
За прошедшее время, их коллектив, можно сказать, разбился на пары. Не распался, нет, и все так же дружен как сообщество тех, кто прошли через ад, но при этом… дамы выбрали себе «мальчиков по вкусу» передрались меж собой не раз, оспаривая выбор, утвердились в выборе и все устаканилось, дав бункеру набор устойчивых пар, что уже фактически муж и жена.
И пусть неизвестно, когда там еще и правда появятся дети и будет ли на них время, не случатся ли болезни, кризисы или еще что, но сейчас, вполне очевидно, что «ячейки общества» уже созданы, и процесс идет к появлению потомства, и с огоньком, каждую долгую ночью в подземелье. Да и днями порой тоже, некоторые не слабо усердствуют.
Йорк, в этом празднике умудрился не участвовать. Он, единственный уз парней, кто не был поделен. На него, претендуют сразу двое! И если с другими «дележка» кончилась весьма быстро, то вот ему… достались упорные. В свои разборки мужчину дамы не втягивают, и даже стараются скрыть ото всех свой конфликт, что как бы глупо и тупо — все очевидно!
Ссадины и синяки так просто не скрыть, косметику в подземелье не поставляют, коллектив маленький, тесный и дружный, площадь бункера невелика, да и дамы, не всегда в силах сдержать свои воинственные порывы на людях. На спаррингах их приходится каждый раз растаскивать силой! И… Йорк без секса, да, и толком не знает, что делать.