— Старый волк, да? — проговорил Павел в слух, глядя в потолок своей большой машины, что внешним видом вот ни разу не подходит ему по статусу, и когда такой драндулет появляется на парковке подле резиденции мандарина… это выглядит как минимум странно, на Павлу на это вот «А что подумают важные люди?» уже как-то давно стало плевать.
С тех самых пор, как началась эта «война»! Как он… понял, кто друг, кто враг… кто воевал с ним там. На баррикадах! Кто помогал из тылу! А кто… позорно бежал, поджав хвост, демонстрируя свою шакалью натуру. И как бы его не терзали сомнения по части парочки детей, что явно лишь играют в благородство, пока они играют в эту игру на стороне людей, он просто вынужден… играть за их команду.
Банально потому, что альтернативы не лучше! И тот же мандарин, пусть и не самый плохой человек со властью, но если его «спустить с поводка» натворит дел куда больше, чем те же дети, ведь они — сами себе в состоянии очертить границы! А вот этот мутный аристократ… фиглис два, он будет сдерживаться, если будет знать, что ему ничего за его действия не будет от коллег, господ подседатаев, и прочих «соглядатаев».
Люди, как правило, очень зависимы от мнения других людей! И не потому, что им вдруг стало важно именно мнение, а потому, что боятся. Боятся оступится, что их проступок, используют против них, как трамплин для роста карьеры. Боятся, что их слабость, примут за… слабость, и повод к «чистке рядов» Боятся, что нижестоящие подсидят, вышестоящие не одобрят, а коллеги по жердочке — спихнут прочь с насиженного места, освобождая себе, больше «жизненного пространства».
Это вынуждает всякого чинушу, постоянно думать, размышлять на тему «А как это будет выглядеть в глазах окружающих? Смогу ли я это замять в случае чего?», что является рамками ограничителями дозволенного, выходить за которые рискованно.
А вот дети… что сдерживает их? Что заставляет их… соблюдать правило? Страх за мир? Что он… разрушится от их игр? Любовь… к кому-то? Или просто… каприз? А может они и вовсе, просто порядочные детки, что не желают портить игрушки почем зря? Они им… нравятся?
Где тут правда и истина? Неясно, и это тайна, о которой лучше не думать, чтобы не плодить еще большие сомнений. Лучше подумать о том, что сюзерен, похоже, окончательно вышел из затворничества, причем раньше предполагаемых сроков, и начал шуршать по своим вассалам, причем куда более нежно и без резких действий и кар, каких от него многие ожидали, хоть и всё равно делали то, что делали.
Павлу неизвестно, что там по части договоров о зачистке подземелья высшего ранга, ведь её не было, а значит и ограничения, что шли в плату за работу должны быть сняты, а переданные им на острова в рабы люди, возвращены на родину, или выкуплены по «рыночной цене». Обсуждения этих вопросов, если и происходит, то сильно далеко от него и его ушей, и если там и идут некие прения, ведутся компенсации или что-то еще, то где-то за закрытыми дверьми высоких кабинетов, далеких от города Ван. А вот то, что происходит рядом… не может не напрягать.
Сюзерен, выразил беспокойство, и некое неодобрение стягиванию к границам двух стран двух армий. Не понравилось им там, что уже само по себе удивительно, начало нового витка напряжения отношений меж Залихом и Шурелгой, и «потрясание стволами» с двух сторон условно очерченной границы вдоль линии гор.
Все те маневры, в условиях непрекращающихся аномалий местности, рейды, вылазки, редкие стычки, что скорее чудом, чем как практика, до сих пор обходились без внятных потерь и «просто испугом», ведь по-настоящему, никто пока что не желает развязывать там войну. Ведь со стороны Залиха, в ближайшем к границе городе сидят сверх сильные пятерки, а со стороны Шурелги — отбитые наголову вояки, привыкшие воевать, и знающие, что это такое, и что такое «охотники в гневе».
Вот только вместо того, чтобы… просто приказать странам остудить свои горячие головы, по сути дела страхом заставив всех успокоится, раз уж им это не нравится, сделав то, что уже делала сотни раз, сюзерен… выдал неожиданное решение, выдал весть, о расквартировке на границы спорных территорий, со стороны Залиха, своих военных наземных сил, «чтобы избежать возможности начала никому ненужного конфликта».
Совещание по данному вопросу закончилось буквально только что в резиденции мандарина при его присутствии! И Павел смог убедиться, что этот напыщенный жлоб, тоже, нифига не простой смертный, каким ранее казался! Хотя на фоне иных «необычных людей», этот тип настолько слаб, и неуклюж в магии, что даже смешно. Но даже этого достаточно, чтобы охотники сюзерена не чурались вести с ним общение напрямую, хоть в их глазах, на том собрании, главным был явно не он.