Павел смотрит на наши перешёптывания, явно понимает, что мы о чем-то говорим, но совсем не слышит, о чем. Вздыхает, почти как я, и произносит важное:
— Да, можно ограничится минимумом. Просто прийти, поздравить эту Карину с рангом. И… свалить.
— А ничего, что мы так-то еще сами в ранг не ступили? И формально… не полноценные? — вдруг вспоминает сестренка нюанс, и мы с Павлом смотрим на неё озадаченно.
Председатель, как видно и сам до этого момента над этим вопросом не задумывался! Или, скорее, думал, но гнал прочь эти мысли. Или же…
— Так, если это подстава, то фиг что у них выйдет. — скалю я зубки, глядя на этого старого волка за столом, сидя на столе. — Мы прискочим сюда по первому крику!
— Да, но как до вас… — задается истер Иф вопросом, и словно бы что-то понимает, но фразу все же договаривает, глядя на нас, словно бы мы некое порождение зала, — докричаться? Или…
— Вот, — появляется у сестренки в руке маленькая статуэтка человечка, сделанная из запечённой до состояния фаянса глины, и с интересной магий внутри, — сломайте её, и мы сразу поймем, что что-то случилось, и вернемся в тот же миг.
— И даже не важно, будете ли вы в тот миг где-то в ассоциации, в городе, или рядом с ним, пока с вами будет эта статуэтка, мы вас найдем в случае беды! — подтверждаю и дополняю я слова сестры, внимательно глядя на кусочек фаянса в руке у сестренки, и на магию, скрытую в этом изделии, — Так что лучше всегда имейте эту штучку при себе. И своим людям дайте, — появилась во второй ручке у сестренки вторая такая же статуэтка, а сама сестрёнка взглянула на меня с видом, «Куда лезешь⁈», ведь я сам уже собирался передать председателю эту вещь, но сестра меня опередила.
И почему эти глиняные фигурки в облике Бины? Что та, что другая. И обе они изображены в облике «лишь тело», без одежды, но в разных позах! И почему сестрица, ты мне не даешь ни оной взять, тут же передвигая их прочь от меня в тайнике⁈ Хотя там у тебя их уже целый склад! Ведь и сама фигурка проста, и просто наложение картинки на глину, с последующей полимеризацией и запеканием, и магия внутри, какой-то детский садик, и это ни что иное, как просто вспышка, просто… выброс нашей маны вокруг себя, что будет четко заметен нам сами, и послужит нам якорем в пространстве, пусть и лишь на краткое мгновение.
Павел, морщится, видимо тоже не оценив юмор моей сестры с наготой нашей администраторши, но статуэтки принимает в руки, и пытается разглядеть магию внутри них, пытаясь понять, что именно она делает, и что дает.
— Она хороша, не правда ли? — улыбается сестренка от уха до уха, глядя на задумчивого мужчину, держащего в руках двадцати сантиметровую фигурку голой женщины, выставившей «отверстие для спаривания» напоказ.
— А? — выплывает он из изучения, и смотрит на девчушку на столе, а не в руках. — А, да… наверное… я не столь хорош в магии… увы. — грустнеет он, вновь смотря на маленькие статуэточки в своих огромных руках.
Кажется… сестренка что-то не то имела в виду! Ведь услышав это… грустнеет, и как-то… печалится.
— Это примитивная магия, — решаю я пояснить за ситуацию, — все, что она делает, это подает сигнал, в момент нарушения контура. Ничего кроме, увы. — печалюсь я, но Павел… словно бы мне не верит!
Впрочем, это его дело! А наша — узнать, когда собственно там пройдет это их дурацкая церемония на ранг этой подделки! Когда нам там… ехать её приветствовать?
— Послезавтра? Серьёзно?
— По факту, — кривит Павел лицо, все так же держа в руках две фигурки одной девушки, — церемония уже сейчас идет.
А мне что-то стало страшно за целостность фигурок в его огромных лапах, ведь он, своими руками, легко может их сломать, тупо неосторожно сжав! Ведь Павел, все же далеко не слабый охотник! А у этих штук… нет ничегошеньки на прочность! Только база от мано насыщения, и ни грамма сверху, что для Павла — пшик. Но в этом то и весь смыл! Что Павел, по факту, может сломать эти штучки, словно бы они… стеклянные пробирки. И в случае драки — сломаются сами, без необходимости осознанного действия.
Сестрица тем временем, выставляет на стол еще с десяток новых статуэток. Все та же голая Бина, во все тех же разных позах, порой очень откровенно эротического характера. С откровенным призывом, к определенном действию.
И что-то я не припомню, чтобы она когда в замке так… позировала! Впрочем, я и не наблюдал за ней толком — незачем! Не в душе так точно! А вот сестренка… она могла и подглядеть! Она, как кажется, за всеми женщинами в замке неотрывно следит! Но это мне так кажется — есть масса дам, что ей совсем безынтересны. И мне даже стало интересно — а почему так? Но это я все же выясни как-нибудь потом.