И она ходила тут как на иголках первые полчаса! Потом, просто устав боятся. Да и в принципе устала за день! И возможно именно поэтому, в голову и полезли всякие мысли, глядя на то, как… смотрит девочка на мальчика, хоть сейчас она и убежала куда-то прочь от него, как видно брать еще одну порцию проб, где-то на удаленных точках отведенного под добычу участка.
— Я фигурально говорю, — усмехнулся её коллега, проводив взглядом убежавшую деваху, и вернув внимание маленькому мальчику, в окружении двух взрослых дядь, которых они тут, по большей части и сопровождают, пока дети, носятся словно бы стая разъярённых тварей, мельтеша столь быстро, что кажется, что их тут больше двух, в этом лабиринте глиняных дюн, поросших деревьями.
Да, они охраняют тут явно этих юристиков! Что бы те… случайно во что-то не вляпались. А дети, охраняют их всех и сразу — это не город! Тут, иные правила. И Саманта нахмурилась, глядя на коллегу, зато наконец-таки вернула себе серьёзный вид, а не вид «истерички с базара».
— Посмотри на то, что делают эти дети! На замок, на остров вокруг него, что обратился в монолитный пласт разноцветного камня, на прочие их работы! На этот вот карьер, что они хотят себе купить, и что даже если решат взорвать вместе с ними, скорее всего их только разозлят. И это даже если не думать о том, что дети все знают, и уже все обезвредили, — намекнул мужчина на то, что дети тут носятся так не просто так, и запросто могут вовсе не пробы брать из земли, толкая в грунт похожие на иголки шприцов особые копья, — Разве это похоже на работу пары несмышлёнышей семи лет отроду?
— Но… Каменная Скала… учитель… — пробормотала Саманта неуверенно, задумавшись, опуская взгляд, и правда словив приступ сомнений, вспоминая то, как этот самый «глупый Лари» ловко обращается с компьютером, и словно бы… понимая шифры. Даже без расшифровки!
Так, как не может видеть и воспринимать мир человек!
— Ты в это веришь? — усмехнулся Даринг, выводя подругу из дум, и внимательно глядя на неё, и девушка задумалась сильнее, но уже об ином — у них явно навыки и опыт не детей, живших где-то за печкой или ученых некими учителями! Они… явно старше, чем выглядят!
Это все игра! Обман! Спектакль! И… это некий эксперимент? Кому-то все же удалось? Синтетический охотник? Как они, но только без провалов? Без гибели девятьсот восьмидесяти из тысячи… или с гибелью, с миллионом, но зато с двумя полными успехами⁈ Но кто тогда… за всем этим стоит⁈
— Я скорее… верю в иную теорию, — продолжил охотник-двойка, плод провального эксперимента Шурелги, уронив мысль на уже бурлящею почву, глядя на мелькнувший вдали силуэт девчушки, не семилетки, — никакие они не дети, а просто играют роль. И никакого двухлетнего срока у них нет, и целая вечность впереди. Зачем им торопится с отношениями?
— Постой… — сказала охотница, прерывая речь товарища, чтобы тот не сбил её с вновь скакнувшей мысли.
Да, они итак уже ушли куда-то не туда! И изначальная тема «Почему мальчик не видит любви девочки?» оказалась неожиданно замылена, и забыта. Но сейчас… сейчас Саманту стало резко интересовать совсем не это! Сейчас, личная жизнь их нанимателей, немного отошла на второй план, хоть и продолжала свербеть своим видом, вставая картинками пред глазами, показывая виды, когда девица буквально пожирает глазами мальчугана, а тот… предлагает удовлетворить её голод простой и неинтересной едой на блюде.
Да, вкусной, да с магией… но девка ведь уже итак его ухо грызла, пытаясь хоть как-то намекнуть, избегая совсем уж прямого предложения «Давай потрахаемся!». Хотя на месте неё, Саманта бы уже давно забила на все намеки, и просто бы уломала партнера, если надо — силой бы заставила! Ведь вряд ли бы этот Лари стал бы сопротивляться действиям Лины всерьёз, а уж она бы… Будь на месте Лины Саманта, она бы уже давно, просто не выдержала влечения, ведь желание этой девахи… уж слишком сильное, и уже просто льется через край.
— Постой… — пробормотал девушка вновь, и наконец ухватило ускользающею, и прячущеюся за картинки-воспоминания моськи начальницы нить мысли, и глаза охотницы мгновенно округлились, и она этими глазами уставилась на товарища, — то есть… не будет двух лет… то есть…
— Да, они с нами навсегда. — легкомысленно пожал плечами Даринг, — И скорее всего — переживут и нас и наших детей, если они у нас конечно будут, — отвел он взор в сторону и тяжело вздохнул.
Саманта взглянула.
— Будет война. — прошептала она, внимательно глядя на боевого друга и товарища, с которыми они многое прошли, были на войне, и с которым, как видно, побывают еще на одной, и возможно — последней для них.