Возникший вопрос — а нафига это все тогда надо? Был тут же подавлен — лучше так, чем если бы она планомерно загнулась спустя десятилетие другое, скатившись из пятерок в тройки к пятому десятилетию жизни. Это пока она молодая, организм еще справлялся, а как годы начнут тюкать, так все враз плохо станет и по всем местам, а чинить — будет уже поздно.
К тому же в нагрузку к здоровью добавится и красота. А зная, сколь много комплексов у Леди Сферы на этот счет, Павел даже и не сомневается — Мирана все простит, и сама начнет трудится в тот же миг, как заметит результат в отражении зеркала. Это, увы, не означает что её можно будет перестать гонять — она ленивая жопа! Но станет это уже не столь тяжко и проходить будет не с такими криками и слезами, как до, как сейчас, пока она еще ничего не понимает и не видит результат.
Вот только закончив обсуждать охотницу, разговор резко перешел к теме, которую Павел бы трогать не хотел. Но… они в своём праве — трофеи! А именно дети так прямо и спросили:
— Что нам достанется от нами честно добытого?
Павел впал в ступор — говорить правду? Тогда эти пятерки могут вконец обидится на человечество! Решить, что… плохая была идея с людьми вообще связываться! А врагами они могут оказаться очень уж мерзкими и проблемными. Если вообще преодолимыми, при их желании гадить по-крупному, никак себя не ограничивая с действиями. Соврать? А не почуют ли они лож, когда сам Павел врать не хочет?
— В первую очередь, — сказал мальчик, пока Иф метался в раздумьях, хмуря брови за столом, — меня интересуют камни. Все камни. Они мои. — вперил он свои глаза в глаза собеседника, а председатель выдохнул — плевать! Пусть забирает! Там копейки, никто не обидится!
И тут же в спохватился — там же есть этот псиный красный камень! Тот, на который положил глаза сам верховный секретарь! Его… его никак нельзя… это… это полная…
— В чем дело? — строго произнес мелкий пацан-охотник, слегка наклоняя голову на бок. Вопрошая, и явно заметив проступившею испарину на лице собеседника, и считав его эмоции без всякого труда.
И у Павла по спине пробежала крупна дорожка пота.
— Видите ли… — проговорил он, и смочил губы, нервно присосавшись к бутылке с минералкой, словно бы она могла его спасти от неминуемого разговора, или его отсрочка ему хоть что-либо бы дала. — средь камней есть один… камешек, красный. Примерно вот такого размера, — показал Иф размер камня, что легко бы поместился в кружку вместо льда.
— Один? — приподнял бровь пацан.
Павел кивнул.
— Красный. — уточнил он.
— Плевать, пусть забирают. Меня интересуют только простые камни, остальное… не особо интересно.
Павел опешил — как⁈ Там… э… да эта галька ни на что толком не годна!!! Ресурс первого второго уровня! Жалкий смех! Из него только дом строить.
— Хочу построить дом. — словно бы прочитав его мысли, сказал мальчик. — Мне нужны эти камни, все.
— Э… — протянул собеседник, теряясь в догадках.
— Но…зачем…
— Магический камень, отличный стройматериал, разве нет?
— Да но… они… — Павел прикусил язык, не желая говорить то, что может расстроить этих двоих.
Да, врать не хорошо! Но когда собеседник сам не спрашивает, почему бы и не промолчать?
— Так же нас интересует камень маны, — продолжил говорить мальчик-копейщик, — Тот, что мы вытащили отдельно и специально светанули пред камерами, чтобы не говорил никто, что его не было.
Хитрецы! — подумал председатель ассоциации Вана в этот миг, покивав головой, и утирая со лба неправильный пот платочком, соглашаясь, что дети действительно поступили грамотно и благоразумно.
— Так же… — сказал мальчик начало, а продолжили уже дети вдвоем хором:
— Все наши копья!
— Вернуть! — сказал пацан.
— Их все! Все копья! — сказала девочка, — Они не ваши, и пусть утрутся!
— Иу и хотя бы миллионов пять денег! — заулыбались дети, а Павел понял, что это пусть и не две шоколадки и пинок под зад, но вполне нормальный размен, условно устраивающий всех.
Где-то около десяти процентов от всего, да и то, только из-за камня маны и всяких магических самоцветов неясной стоимости в куче камней. Ну и копя самих детей тоже стоят немало, но… они и так их! Не часть прибыли.
Десять процентов от добычи, ее та прибыль, которую заслуживают охотники в два тела зачистивщие подземелья восьмого уровня, но и не то, что им хотели всунуть важные и жадные люди. И самое сложное тут будет усмирить жажду некоторых заполучить их копья! Но… пусть утрутся! Копья он вернет сейчас же!
— И карточки! — подал голос девчонка, жестом фокусника достав откуда-то свою карточку, — Нам нужны новые карточки!