Но это все неважно — Нилу нужно выполнить первое поручение тех детей «на свободном выгуле». Иначе ошейник на шее, плотно обхватывающий кожу, начнет её сдавливать. И первое задание, пожертвовать все деньги что у неё есть с продажи органов, в какие-нибудь медицинские центры, занимающиеся благотворительностью.
И это не так уж и сложно — и центров много, и денег на руках у неё не много, и их не так уж и жалко, в отличии от красивых брендовых вещей из её тайного шкафа в темном подвале соседнего дома.
Вот если бы дети попросили бы пожертвовать эти вещи детям из детского отделения…
— Нет! Нет! Нет! — закричала Нилу, увидев в зеркале на ошейнике, но словно на собственной коже на шее, зловещие надписи кроваво красными буквами:
«Раздай все свои вещи нуждающимся, оставив себе лишь два комплекта».
— НЕЕЕЕТ!
Глава 31
Какая же эта Нилу мерзкая! — подумал я, готовясь ко сну, проведя очередной забег для Леди Сферы, вымыв и уложив её на кровать, — Убивала людей без сожалений пачками, а теперь трясется над какими-то ссаными тряпками! Смешно, честное слово! Надо бы чутка током её дернуть, чтобы не подумала жулить и, там скажем, вместо передачи другим, решила все просто выбросить и сжечь — для неё это почему-то легче, чем кому-то дарить свои славно нализанные любимые «портянки».
Её ошейник, пусть и примитивный, но простейшие функции выполняет отлично. Сжатие, система наблюдения и считывания пульса, легкое подавление магии, путем поглощения — заодно и батарейку встраивать не надо! Ну и обратная передача, по совету сестренки, тоже возможно — просто немного корректирую поле невидимости, и вуаля! Кровавые надписи на шее! Правда нужно зеркало, но с этим проблем нет — та дека любит поглазеть на себя любимую в отражении.
Жаль, конструкция та, сделана на коленке и по-быстрому. А потому — не вечна. Через месяц, в лучшем случае два, придется обновить «поводок». Да и пару примочек в новый добавить! Уж больно бешеная псинка попалась! Зато — не жалко! Даже если в конечном итоге придется убить или пытать, такую тварь не жалко вот совсем. Её и десять раз подряд убить не жаль, но увы, дано лишь раз.
Зато с нашей подопечной со сферами все пока идет на удивление хорошо. Она, маленько привыкла к нагрузкам, пусть и получает их всего день, а мы не стремимся наращивать темп — ни к чему, нужно с этим хорошо освоится, прежде чем перейти к следующему этапу.
Даже правильнее сказать — можно этот темп снизить! Опустившись обратно к планке десять км день, вместо двадцати, что ею будет восприниматься сейчас совсем легко. Хотя все тело болеть будет в любом случае, это факт. Ну и… ныть с утра она будет тоже, да, но с этим мы как-нибудь справимся!
Сестренке понравилось быть наездницей с кнутом, погонщицей охотницы-пятерки. Она… и к другому стаду уже приглядываться начала! К четверкам! Подумывая расширить наши упражнения и на них — зевак на стадионе как-то резко стало меньше.
Ведь те, кто готов к занятиям, сами выходят на круг, а те, что видят взгляд моей сеструхи, оценивающий присматривающийся, понимают, что эта девка, что гоняет по кругу пятерку, может и их, четверок, троек и прочих, с еще меньшими проблемами загнать туда же. И столь же весело начать гонять и их всё толпой, никто не спасет и не остановит, да и против что-либо вряд ли сказать сможет — кнут не позволит! Просто не все еще поняли, что их ждет! А иначе бы… зевак совсем не осталось.
Правда с утрица, нас ждал сюрприз — приперся Павел, когда мы только собрались отправляться на пробежку, в очередной раз дав три минуты на сборы девушке, у которой в очередной раз этого времени хватило лишь на то, чтобы надеть трусы да футболку. А Иф объявил, что нам с сестрой нужно поковать чемоданы и сваливать в дальние дали.
— ДА! — почти пропела Мирана, подпрыгивая на месте почти до потолка, и искренне радуясь тому, что мы сваливаем и наконец оставим её в покое.
В воздухе свистнул хлыст.
— Виии! — взвизгнула она же, и спряталась за широкую спину и ноги Павла, скрывшись там полностью, что хватит места для еще троих таких же минимум.
Вот только кнут, изогнувшись в полете, стегнул её по тощим булкам, толком неприкрытыми трусами.
— Виии! — вновь взвизгнула она поросенком, и выпрыгнула из-за спины мужчины с испуганными глазами, не понимая, кто и как это её стегнул там сзади по нежной попке.
Павлу, кстати, тоже прилетело хлыстом по ногам, но тот от этого даже не вздрогнул — хлыст его манопокров разве что огладил! Вот только он все равно заметил удар, как по себе, так и по своей подопечной пятерки и нахмурился.