И с этими обстоятельствами… бедственное финансовое положение детей уже не выглядит столь уж странным! Какие деньги у тех, кто за рейд получает две печенки и минус миллион? И похоже, что те сто тысяч, копленые пожилым главой ассоциации Вана на новую машину себе, придется считать оплатой детям их работы.
— Эх. — вздохнул Павел тяжело, и поплелся в сторон жилого комплекса, что бы все-таки немного поспать.
И ведь он, даже с долгами детей, с их, навязанными деткам штрафами, разобраться не может! Ведь для этого нужно, чтобы дети стали пятерками, живыми и с рабочими карточками охотников! Чтобы им вновь открыли дело в базе ассоциации, закрытое по причине их «смерти», предоставив доступ ко всем материалам навешанных дел. Чтобы можно было блокировать и оспаривать взыскания! И что бы их счет… не весел в том странном состоянии! И не там и не тут, и мертв и с долгами.
И ведь сейчас даже нельзя сказать «Они мертвы, закрывайте счет!» обнуляя долги, как он планировал сделать, но замотался, не успел, да и… не было возможности так-то. Напротив! Раз дети живы, счет должен быть разморожен, долги — уплачены, и вообще…
— Бардак. — вздохнул почувствовав себя безумно уставшим старый охотник, плетясь еле-еле шевеля ногами по коридору, шагая к своей комнатке в спальном крыле.
Йорку не привыкать служить кому-то на побегушках. Лишь бы платили! — такова его позиции. Лишь бы были хоть сколько-то адекватны! — а то он уже сталкивался с невменяемыми боссами, требующих от подчинённых непонятно чего. И ведь не сбежишь от них, даже если полные идиоты.
И… если босс будет ошибаться — страдать в первую очередь будут такие как он, никому ненужные и малозначимые шестерки, а идиот-начальник по итогу выйдет сухим из воды, и ему так и не достанется «на орехи» за собственные ошибки.
Такова жизнь!
Можно даже смело сказать, что прислуживать кому-то — это нормальное состояние и нормальная жизнь для Йорка! И даже мечта — служить сильному, адекватному и умному, и тому, кто не исчезнет через пару лет, бросив всех своих прислужников на растерзание врагам. Ну а то, чем будет заниматься этот босс, и чем как следствие придется заниматься и самому Йорку — как-то маловажно, если не сказать больше — неважно совсем.
Грабеж, похищения, убийства, жертвоприношения — какая разница⁈ Йорку как-то абсолютно наплевать, что нужно делать по приказу босса! Главное, чтобы было понятно, что именно нужно делать! И было ясно, под кем ходишь, и за кем стоишь.
Но вот с этими начальниками мужчине с детства не везёт. И он, присягнув на верность еще в школе одной богатенькой особе, что держала в кулаке если не школу, то как минимум половину, наивно думал, что так и будет ей служить до самой смерти, но…
У девочки той появилась конкурентка, не менее богатая и важная особо, начавшая учится в той же школе, пойдя в первый класс, и та считавшая себя королевой девчонка, тут же ретировалась непонятно куда. Еще на этапе знакомств, без всяких проблем и войны. Куда-то переехала, и своих служек, естественно, с собой не забрала.
Маленького Йорка тогда сильно побили все противники его уехавшей госпожи! Ведь её лагерь сторонников распался, и был… растерзан и побит, так же, как и сам Йорк. И новый босс нашелся не сразу — никто новая крала не хотела брать под себя брошенок, да и вообще, желающих на «пользованный товар» было немного, и все смотрели на них так, словно бы это именно вина шестерок, что их начальница струсив сбежала, испугавшись возможной конкуренции.
Новый начальник, к которому примкнул Йорк со временем, был заметно меньше по значимости и авторитету предыдущего, как и имел меньше власти и возможностей. Но всё равно, тоже, был ребенком немаленькой шишки! И тоже, внушал веру в светлое будущее. Ну а тот факт, что под его лидерством мальчишки занимались мелким рэкетирством и отъёмом карманных денег у сверстников Йорка как-то не смущало вот вообще — показывают, кто тут главный! набивают авторитет «с низов».
Вот только авторитет оказался явно мелок и жалок, воля слаба, а босс… тоже, то еще трус. И когда на него самого наехали боле крупные ребята, да поставили «на счетчик» за работу на их территории, никакой войны банд мелких соплежуев не случилось, и их начальство сразу слилось. А потом и вовсе — тоже, куда-то сбежало с района, убегая от проблем и тоже, бросая подопечных.
Следующий начальник был не лучше! И следящий. И следующий. И следующий был убит, и шестерки вновь оказались на улице. И если смотреть на карьеру Йорка непредвзято со стороны, то она выглядит как кривая падения, где с каждым новым начальником, мужчина все глубже и глубже погружается на дно общества.