— Ага, — ответила сестрица, как видно продолжая отслеживать скрытое от меня существо, не давая ему спрятаться и от себя. — Он на том, осколке, что справа.
Нет! Он уже вновь за нашей спиной! Выбрасывает вперед свои щупальца, что благодаря пространственному искажению, что создает эта тварь, должны будут окружить на с сестрой со всех сторон, но вместо этого нарываются на пространственное искажение вокруг меня, и его втягивает внутрь, как кусок мяса в мясорубку, начиная медленно и верно перемалывать. Такую гадость как он, это не убьет, но пару минут времени даст!
Нет! Это был второй! — осознаю я, и пространство под моими ногами трескается, и половина меня и сестры, рубленное по вдоль, оказывается на одном летающим средь Хаоса острове, а вторая на другом.
Меж нами километры! Или правильнее даже сказать — тысячи и десятки тысячи километров! Все же Хаос сравним масштабами с космосом. И в тоже время растянув Хаосе не существует и вовсе, не в привычном понимании материи. И километров этих… просто нет!
Сестра визжит обоими половинками, а я пытаюсь собрать нас воедино, пока… вновь не раскололи. Нас теперь четыре отдельных кусочка! Вернее — меня! Сестру эта участь минула, в неё попало лишь раз, только первый удар пришелся и по ней, и её всего лишь два кусочка вертикальных. Зато я смог наконец натянуть на каждый клочок из четырех по барьеру, и… вот мы снова целые, и стоим на полянке пред уродливой тварью с щупальцами.
— Сестра, фиолетовые копья! — говорю ей, и отскакиваю в сторону, а пространство полянки, начинает крошится, словно по зеркалу стали топтать ноги в сапогах с подковами.
Не дружок, я тоже так умею! — ухмыляюсь я, контролируя положение твари, наконец сумев её точно опознать-засечь и не собираясь выпускать из виду, как и пока не планирую пока отпускать на волю погулять второе существо, все так же крутящееся в мясорубке моей ауры.
Перемещаюсь к твари в воздух, в пространство над его головой. Существа Хаоса плохо дружат с трёхмерностью, у них своя многомерная жизнь, и атаку с неба они не ждут примерно настолько же, насколько её не ждут жители Залиха.
Тварь чует меня, пытается сообразить где я нахожусь, а пространство под ним раскалывается, образуя глубокий разлом до самого центра осколка, до самого центра этого летающего острова. Существо начинает падать в низ, так как преследующие этот кусок почвы законы физики еще работают — тут как бы и небо еще есть! И солнце светит, хоть мы уже в Хаосе, и вокруг только Хаос, и никакого солнца нет.
Тварь падает, но недолго, начиная резко и быстро лететь вверх, взлетая ракетой, но я меняю для него верх и низ местами, и он летит туда куда летел, а разлом, что я создал, схлопывается, погребая существо под толщею земли.
Тварь из мясорубки моей ауры, вырывается наружу, выпрыгивая сбоку, прочно обвив своё тело щупальцами для защиты, и тут даже, не успев прейти в себя после освобождения, получает в спину фиолетовое копье от моей сестренки. Выгибается дугой от боли, и получает еще с десяток копий от сестры, что утыкивает его словно ёжика, и соединяющего его тушу с телом сестрицы словно тросы гарпуна кита — расстояния меж нами невелико, да и пространство искажено, что полутораметровое копье растягивается на десяток метров.
Пространство для восприятия окончательно плывет, прямые копья изгибаются и извиваются, словно веревки, длинные веревки, что уходят в даль уже на километры! Хлопок, и тварь лопается как мыльный пузырь, а сестрица вдёргивает в себя копья-веревки за мгновение — копья в реальности не удлинялись, это просто… что-то вроде обмана зрения — фиолетовые копья защищены от пространственных искажений.
Пространства вокруг нас проваливается вглубь, и земля становится горами, высоченными скалами, и замыкается над головой, образуя сферический грот. Из одной из стен выходит еще одно существо с щупальцами, то, что мы заперли в подземелье! Щупальца устремляются к нам, со всех сторон разом, словно бы тут тысячи тварей, а не одна!
Сестренка, начинает мясорубку, ловка орудуя копьем, кроша щупальца напропалую, а я, делаю выпад рукой вперед, и из груди твари выскакивает лезвие копья. Тварь, непонимающе булькает, а копий в его теле становятся десятки и даже сотни, и существо тоже лопается, словно пузырь, подыхая. Копья втягиваются обратно в мою рук, что почему-то была за его спиной, вися в воздухе, хотя я её «лишь немножко выдвинул вперед».
А через мгновение и мы с сестренкой оказываемся там же, на средь болота и леска, словно бы всегда там и стояли, а не в центре этой сферы в глубине земли.
Пространство вокруг нас трескается вновь, кусок материального мира продолжает ломаться на части, погружаясь в Хаос все глубже и глубже