Заботится о своих зверушках! О тех, кого приучили! Даже немного любить. Они… забавные! И неплохо могут скрасить досуг. Лина ведь тоже, отчасти, зверушка для брата! Так почему у неё самой, не может быть своих, иных зверьков поменьше?
Так что да… она изменила свой взгляд на мир. Она поняла, что имел в виду брат, высказывая нежелание убивать людей. Нет смысла глумится над слабыми! И даже если помоичная грязная облезшая кошка, обидел одним своим видом, это не значит, что её надо сразу стрелять и убивать! И вообще, если отмыть, так она может и ничего котейкой будет!
Но это не значит, что особо наглых и борзых, неисправимых, или просто, придурков, не надо убивать, как минимум делая это для показательной порки, для демонстрации остальным печального конца при таком непорядке и борзате. Порой, проще убить одного, запугав сотню, чем пытаться всей этой толпе что-то доказать обычными методами.
Да, Лина не прочь была бы вернутся обратно! Домой, к маме, и в мир нормальный. Не прочь была бы покушать что-то, кроме осточертелой армейской тушенки! Запасы которой они нашли в одном из осколков, в количестве немаленького хранилища, пусть и наполовину уже изничтоженного Хаосом и обитавшей в том осколке «жителями» — кушать хотят все!
Даже монстры и твари кушать хотят! А поэтому, хоть с чем-то съестным съедобным в осколках… всё всегда плохо — все съедают за них! И раньше них! Обгладывая порой даже кору с деревьев! А потому… надоевшая тушенка, еще не самый плохой выбор! И точно лучше иных возможных вариантов, предлагаемых иногда в шутку братом — буэээээ!
Она не прочь была бы вернутся! Но исключительно вместе с ним! Вместе с братом! Но он — еще не закончил работу, а значит и она — будет тут, всегда, рядом. Вместе! Будет… ему верна для конца! И скрасит досуг, всем, чем только сможет.
Они будут весте! Всегда! Будут в Хаосе, пока не закончат отлавливать все куски провалившегося мира, пока не освободят всех людей их нормального мира, угодивших сюда, от незавидной судьбы безмозглых рабов и марионеток Хаоса. От пыток, от заточения, и судьбы, что хуже смерти.
Да, котятки недолжны так страдать! Хаос, недолжен заполучить их жизни в свою власть! Но найти их всех… так тяжело!
— Сестриц, что сегодня будем кушать? Батат консервированный простой, маринованный, или же жарено маринованный?
— А мяса?
— Мяса нет. Сама знаешь. Хотя может…
— НЕТ!
— Ладно… так какой батат подать?
— А…
— Не вымогай! Молоко осталось всего чуть-чуть, и это — на праздник.
— Ладно… но какой праздник в Хаосе?
— Ммм… придумаем, да!
— Тогда пусть будет праздник сегодняшнего дня!
— Сестриц… ты вымогаешь! И уже ЖУЕШЬ!
— Мммффффмфрвама.
Полковник Ли Иванов не знает, сколько именно времени он провел в этом ужасающем месте. Сто, двести лет, пятьсот… после первой сотни он перестал считать, посчитав это дело бессмысленным. Ему от сюда все равно не сбежать, так в чем же смысл считать что-то там?
Забавно конечно, ведь его, вместе с его частью и семьями, эвакуировали в ближайший к городу Гром городок, где он и расквартировался вместе со своими людьми, спасясь от участи провалится в вечный сон от портала-вышки. Их не забыли, вывезли, дали возможность жить, но…
Он наблюдал за тем, что происходит там, в искаженном городе, ждал разрешения ситуации. Думал о том, что город еще можно будет восстановить… а потом, по всему их новому пристанищу, по всему этому соседнему городку, стали открываться порталы в подземелья.
Быстро, много, и… они не успели и не смогли никому ничего сообщить. Люди просто стали засыпать от хлынувший в маленькой городок маны, как было там, в Громе, а охотники, что были с ними… Ли не знает что с ними стало — он тоже заснул вместе со всеми жителями и своими людьми. Мгновенно.
По пробуждению его ждал воплощенный кошмар. Зацикленный день, что повторялся вновь и вновь, из раза в раз. Один и тот же жуткий день, где их всех убивали и пытали монстры! Раз за разом. Снова и снова! Люди умирали в муках, сопротивляясь или нет, но их всё равно убивали и пытали! Они все равно умирали! А потом… начинался новый день и все повторялось! Снова и снова! Снова и снова! День за днем. Неделя за неделей, месяц за месяцем, год за годом!
Бесконечный кошмар, которому не было конца! И как бы они не сопротивлялись, и как бы не желали дать отпор, сколько бы тварей не убивали, все всегда заканчивалось одинаково — конец дня с заходом солнца, и повторения всего с сохраненного момента.