— Ты знаешь охотника четвертого ранга Голиаф? — поинтересовался Павел, место ответа, тоже глядя на еще неотремонтированную часть зала.
— Ну… — задумалась леди Сфера, переведя взор на бетон под ногами, — это тот, что может становится супер большим? — подняла она взгляд на затылок Павла, и тот кивнул головой, не оборачиваясь, — Ну знаю, да.
— Так вот, это был он и Торнадо Смерти. — ответил мужчина и наконец повернулся к девушке лицом.
Мирана сморщилась как от кислой капусты с сельдереем, что были для неё хуже зубной боли, что она испытывала лишь в детве. Торнадо она тоже знала, и… они с ним были на ножах. Вернее, Торнадо Леди просто призирал, считая её инфантильной дурочкой, и раздолбайкой, что, в свою очередь, вызывало лютую жгучею ненависть к этому человеку со стороны самой Мираны.
А еще… она его боялась! Очень сильно! Ведь для Торнада её Сферы… их для него фактически нет! И он был первым из пятерок, кто… «поставил её на место», отметелив, даже не двинув рукой.
— Вот только есть нюанс, — сказал Павел, смотря на неё сверху вниз, — Голиаф, не становился большим, и не использовал свою силу, — мотнул он головой, для усиления слов, — а просто дрался почти как человек. Ну а Торнадо — не применял свою магию воздуха. Тут была просто драка, — обернулся он обратно к разрушениям, — драка двух охотников, что не использовали свои силы, а просто валяли друг друга по земле.
Мирана захлопала глазами, не понимая, к чему клонит собеседник.
— А теперь скажи мне, — продолжил он, не оборачиваясь, и начав ковырять носком ботинка бетон пола под собой. — смогла бы ты, Леди Сфера, охотница пятого ранга! Одна из сильнейших в мире! Хотя бы поцарапать бетон под собой своим кулачком⁈
И словно бы показывая, как это должно быть, Павел топнул ногой, той, что ковырял бетон, оставив рядом с проковыренным местом, хорошую выбоену, и подняв в воздух облачко цементной пыли.
Часть работников, занятых заливкой, отвлеклись от работы, посмотрели в сторону председателя. Помотали головой «Опять работки добавляют!», но тут же потеряли интерес, и продолжили творить магию стройки.
Мирана, увидев выбоину, усмехнулась и тоже топнула ножкой — пятка тут же отозвалась дикой болью, что почему-то отразилась в затылке, словно бы именно туда прилетел удар.
— Ай, яй! Яй! Яй! — запрыгала она на одной ноге из стороны в сторону, жмурясь, хмурясь, и пуская обидную слезу
А Павел, вместо утешения несчастной, отошел от неё на несколько шагов, развернулся к ней лицом, привлекая внимание и заставляя отвлечься от раненой ноги, сел на корточки, и процарапал пальцем линию на материале пола, кроша и скалывая покрытие, словно бы вел стальным прутом.
Сфера тоже села на корточки на против него, и тоже повела пальцем по бетону, что был гладким, ровным, твердым… и никак не хотел царапаться! Она усилила нажим и цепанулась ногтем за покрытие — ноготь подумал «Отрываемся!» и прострелил палец жуткой болью.
Теперь девушка уже даже взвыла! И заткнула сама себя, сунув палец в рот, начав его обсасывать, чувствуя привкус цемента во рту.
Ну а мистер Иф, словно продолжая издеваться, да призывая к действию, внимательно глядя на «соперницу», тихонько стукнул в бетон своим огромным пудовым кулаком — бедное покрытие искрошилось в приличном радиусе вокруг и кулак ушел ниже отметки пола сантиметра на три-четыре.
Мирана вынула палец изо рта, сглотнула, но не смогла себе отказать, и не ударить, в ответ на эту издевку любимого дяди. И ударила! И ничего не было! Даже вмятинки! Она вскричала, больше от обиды, чем от боли. Ударила вновь! Вновь! И вновь! Кулак стало больно, невыносимо больно! Но раздираемая изнутри ярость и злоба были сильнее этой боли, а потому, яростно крича, она продолжала бить, и бить и орать.
Она охотница пятого ранга! Высшая! Могущественна! Очень сильная! Она Леди Сфера! Она… она не может быть такой слабачкой! Почему⁈ ПОЧЕМУ⁈
Потекла кровь, костяшки оказались сбиты. Девушка, тяжело дыша, заревела, и посмотрела на то, что сумела нанести бетону ценой таких неимоверных усилий — маленькая вмятенка-отпечаток от костяшек. ВС! Ни царапин, ни выбоин…
Рев раненого зверя «Леди Сфера» стал оглушительным, превляча к себе внимание строителей. Но они… лишь осуждающе помотали головами, и вернулись к своей роботе. А Мирана, сорвавшись с места, кинулась к Павлу, ему на шею, прижалась к нему, словно маленькая девица к родителю, и стала реветь еще громче. Навзрыд, словно пятилетка! У которой отняли конфетку некие «соседские девчонки».