Завладев пикапом, и выкинув из него трупы прочь без особого пиетета к мертвецам-суецидникам заграничной армии, группа странных товарищей, стала думать, как спасать бедолагу с мины! И желательно, чтобы он при этом, остался при своих двоих.
Что делать с калекой в случае чего, они так то даже и не представляют! Как и не хотят думать о том, что их босс, за такую потерю «юнита» на ровном месте по головке их точно гладить не станет. Да и… жалко бедолагу! Что им всем. Уже стал словно бы родным человеком.
— Я думаю, — подала голос одна из бывших полицейских, — что выражу общее мнение, что наша броня, снарягга, выданная нам боссом, выдержит взрыв. Так что если мы скинемся, сняв с себя все что есть, и обмотаем брониками…
— В наших брониках, местами дыры с кулак размером! — не согласился с ней один из мужчин, — Часть из них «трофейное» и с трупа и… К тому же, кто сказал, что в мине этой, нет магической начинки?
И все дружно поглядели на агрегат под ногой, слегка бледного бойца.
— Она же старая! Лет двадцать, как думается! Тогда же маг металл в мины еще не пихали! Дорого это было слишком! Тем более для простой «полевки» на пехоту.
— Это Шурелга, подруга! Тут все возможно!
И вновь дружный взгляд на агрегат, маркировка которого от времени просто стерлась.
— Да может она уже сдохла от времени и влаге! А мы тут паникуем!
И вновь дружный и сосредоточенный взор на устройство под стопой, с толпой, подле все такого же бледного несчастного, все так же удерживающего ногу в одной позиции.
— Кстати, а разве мины такой конструкции, не взрываются от простого нажатия?
Нилу-рабыня, сама себя таковой не считала. И несмотря на примерное поведение, и исполнение всех порученных ей указаний в точности и как надо, с отсутствием наказания за ослушания, уже наметила возможные варианты мелкой пакости и бунта. И главное, уже поняла одну, неимоверно важную вещь — ошейник на шее, не умеет читать мыслей!
Не знает эмоций, не знает её истинных чувств, настроений, хоть и… явно имеет какие-то возможности по отслеживанию части из этого. Он, что-то вроде электронного устройства-искателя лжи! Но вовсе не всевидящее око, контролирующее каждый её чих, шаг и мысль, как она почему-то решила вначале.
Это устройство — вполне реально обмануть! И она, Умница-Нилу, уже, это сделал. И все благодаря своим драгоценным модным вещам, этой её величайшей коллекции брендовых штучек, которую… ей до сих пор невыносимо жалко! Столь лет кропотливого труда. Столько лет сборов этих символов красивой жизни!
И… и теперь у нее ничего нет! И все это было роздано каким-то оборванкам из фонда социальной помощи. И все это теперь… носятся какими-то дурами, что наверняка даже и не понимают, сколь великая ценность попала в их грязные руки! Сколь много… крови пролито ради этого! И… наверное, этих слабачек вырвало бы прямо на эти вещи, узнай они, что за вот это вот крутое платьице, было плачено почками и печенью их ровесницы, а вот эти туфли, стоили сердца. Здесь вообще весь набор требухи! А тут… кажется, за тот бюстгальтер она недорого платила, и это было еще во времена, когда она воровала у стариков, предварительно их умервшляя.
Или эти шмотки вообще не попали в руки тем, для кого собирал этот фонд? Хм, возможно, возможно! Там, на сортировки дареного, чай не дуры сидят! И брендовые шмотки сразу от мусора отличат! И… тем лучше! Тем лучше для Нилу! Но не для них! Пусть эти курвы… пострадают! Да-да!
Собственно, именно эти мысли, мысли о страдании тех, кому будут подарены эти её драгоценные вещи, и позволяют Нилу сейчас не впадать в пучину отчаянье, злорадно улыбаясь. И вообще — наслаждаясь жизнью! Насколько ею вообще может наслаждаться жалкая рабыня, в месте, похожем на ад.
Именно эти вещи, то, что она с ними сделал, позволяет ей думать о свободе! О возможности… когда-нибудь сорвать со своей шеи этот осточертелый ошейник! Ведь… натереть красным перцем трусики, это меньшее, что она сделала с этими вещами! И в бой пошло всё! От химикатов домашних, до стухших яиц!
Собственные испражнения, за которые она все еже получила по шапке от ошейника, обнаружив грань дозволенного и в этом деле, и… всякие яды! Припасённые на случай, если придется отбиваться от врагов, на которых будут не действовать простые слова, и с которыми, ей будет не справится физически.
Все же — она хрупкая девушка! И ей, как и всякой уважающей себя леди, нужно иметь свою, коллекцию, сильнодействующих отравляющих веществ! На случай… если вдруг все же понадобится. Ведь для дела, для торговли людской требухой. Они неприменимы — её даже за простое снотворное как-то раз ругали! Мол, она дозу, неправильно подобрала.