И, пожалуй, последнее, то, во имя чего это всё, и вызывает вопросы — любое действие, должно иметь цель! Любое стремление, должно быть осмысленно! И быть обоснованным. А ему, сказали «Посиди Пока Тут», что означает, что жильё, в котором его «прописали» лишь временное. И сливаться с ним, теряя себя, точно не стоит.
И вместо желания обрести еще большую власть в этом месте, почувствовать скрытое, что-то еще, что словно бы прячется тут же, в глубине этой самой квартиры, маячит словно бы на периферии чувствительности, словно бы мелкая складка в подошве ботинка, таясь где-то под ней или над квартиркой, но не на этажах, а словно бы внутри… вместо всего этого, изыскания и срастания с поисками, Лицын, сосредоточен на том, чтобы сохранить своё Я, и максимальную человечность. Размазываться по пространству, точно не время.
Усилия, были вознагражден. Пришедшие его проведать небожители, были им довольны, и сопроводили его в его новое место жительство — замок! Огромный! Сказали «Осваивайся Тут Сам пока» и удалились, а Билл почти сразу почувствовал все территорию внутреннего двора и стен этого великолепного строения.
Он не врастал в него, не пускал корни, не становился часть! Нет! Все было не так как с квартирой! Где пущенные «корни», что он не сумел в себя втянуть, были грубо оборваны и отмерли. Тут… все словно бы специально было созданного ДЛЯ НЕГО! И он мог чувствовать все окружающее пространство, просто… потому что оно чувствовалось! Тут ему ненужно становится частью места, чтобы быть его часть! Тут он… может оставаться ЧЕЛОВЕКОМ!
— Спасибо…
И при этом, тут, он имеет определенную власть, что словно бы право доступа, выделено ДЛЯ НЕГО. Он… чувствует весь дворик, стены, башенки… правда только с наружи. Внутрь, его словно бы что-то не пускает, словно бы для внутреннего убранства, у него нет доступа, того самого ПРАВА, что он, еще, как видно, просто не заслужил.
И как кажется, он может по своему желанию переместится в любую точку этого места! В лубу часть двора, замковой площади или стены! Просто пожеланию! И стоять на любой, даже вертикальной поверхности, если только того захочет.
Вот только это иллюзия — нету у него таких сил! И вообще, маленький он, ничтожно и жалок, на фоне того, что сейчас происходит в центральной постройке замка, куда у него нет доступа, где для него словно бы запретная зона. Но исходящая оттуда сила, великая МОЩЬ, все равно, волнами долетает и до него, гуляя по гудящим стенам величественного строения замка, по могучим стенам, что с трудом, и отчетливо гудя, силятся переварить то, чем их оттуда нагружают. Там сейчас… словно бы само пространство сворачивается в кокон! В сферу! Во многослойный шар из белья! И ему… ему туда не надо, там… хозяева развлекаются.
Ему дали замок! Его двор. И в этом месте, хоть оно и под открытым небом, так же, как и в закрытой коробке квартиры, нет шёпота. Тут тишина. Тут покой. Спокойствие и умиротворение. Он видит все, тут происходящее, и даже то, что за пределами замка происходит. Он благодарен этим детям за возможность быть собой и быт столь… могущественным! Быть… избранным! Тем самым, бытности кого, он даже и не мечтал. Тем, кем хочет каждый, но счастливчиком быть, выпал жребий именно ему.
И он… будет верно служить своим благодетелям, отплачивая добром за добро. Будет их… сторожем, охраной, Привратником. Не допустит, чтобы какие-то голубцы, залезли в замок без спроса, перепрыгнув через стену.
Ведь, чтобы не пустить этих недалёких, ненужно никуда бежать, и что-то там делать. Воевать, кричать, сражаться! Достаточно просто, чуть-чуть усилить расположенный над замком купол защиты, перераспределив его мощь с округи, в точке встречи, и вот уже, негодяи, стукнувшись носами о невидимую стену, падают в расположенное подле замка болото.
Да, у замка есть силовое поле. Оно защищает его от многого, и им можно управлять. Поле защищает дворик замка в том числе и от тех сил, что могут свести Билла с ума. И он, как чувствует, вполне может всё это контролировать. У него есть на это право, доступ и возможности! И… он в родном городе. В Ване, и даже, возможно, когда-нибудь сможет встретится со своими родными, и передать им весточку, что жив, здоров, и нашел себе потрясную работу.
— Интересно, сколько лет тут прошло с тех пор, как я ушел служить?
Сколько лет он там провел в камне вместе с товарищами? На той проклятой полянке подле аномалий Грома. Там. Где будучи почти лишенным рассудка, считать пройденные года, было как-то выше его сил.
Глава 29
Павел стоял на массивной гранитной плите, и топал ногой. С видом «Суслик, выходи! Выходи давай, суслик! Тебя все ждут!». Суслик не выходил, и вообще, никак не откликался. Будто его не существовало. Не было там, по ту сторону черной мглы гранита, никакого этого «суслика», а тем более двух.