Впрочем, это даже в плюс — нельзя украсть! Невозможность ношения охотниками ниже тройки, сильной двойки — тоже не беда! Им такое всё равно не по карману, это сразу видно, и для оценщика это тоже не минус. Вот то, что броня на простом человеке, будет работать от силы в треть силы, и будет нуждаться в регулярных подзарядках, да еще и скорее всего от одного и того же источника — это да, это проблема.
Впрочем, при посильной работе, подзарядка будет нужна пусть и мощная, но не чаще раз в полгода-год, так что не проблема. Понять бы только как подзаряжать эту штуку! И уже можно рубить огромный куш с тех богатых и знаменитых людей, что желали бы себе бронежилет, от магических пуль уровня орочьего металла.
Вот только как это все им всем объяснять? Они же ведь тоже не дураки, а эта… чешуя из стали, внешне, как ни глянь, а выглядит простым музейным экспонатом. Игрушка, без капли магии! Похоже, что создатель сей вещи, явно перестарался в попытках снизить энергопотери доспеха, при его создании, обратив его при взгляде «на глаз», в простой кусок обычной дюраль сплава.
— Вот скажи мне брат, — бубнила сестрица, пока мы топали по замку, осматривая его коридоры, на предмет дефектов и странностей магического поля, — зачем мы, опять прыгали в Хаос, а?
— Ну… магического металла у нас было мало, и хотелось бы хоть немного его добыть, чтобы…
— Добыли? — прервала мою речь, строго смотрящая сестра, складывая ручки на груди.
— Нет. — не стал я отрицать очевидного.
— Тогда зачем ходили?
— Эх. — вздохнул я, — Виноват, признаю.
Сестренка выдохнула и стерла с лица напыщенный вид, пошла подправлять один слегка «потекший» контур, заметив его вдалеке, и ловко вычерчивая новые линии, собирая воедино старые.
— Тем более что, — закончила она работу, и вытерла пот со лба, — по итогу мы и так неплохо выкрутились.
— Но сколько было геморроя, что бы… — хотел было воскликнуть я, но был перебит.
— Так это же ты сам захотел поэкспериментировать! — заулыбалась сестра, — Мог бы сделать все как у рубахи Павла и не мается.
— Металлы жалко, — отвернул я голову в сторону.
— Да ты жмот! — воскликнула она, разводя руками. — Патологический!
И тут её осенило.
— Погоди ка… нету у тебя такой черты! И никогда не было её! Это что же… ты… — внимательно посмотрела она на меня, округляя глаза, — специально, да… ради… чего?
— Эксперименты! — развел руками уже я.
— Никакие это не эксперименты! — замотала она головой, все тем же дико удивлённым лицом. — Это… тренировка! Ты меня… дрессируешь? Обучаешь? Показываешь… новые фичи? Я не против, брат, — закивала она головой, переставая быть столь удавленной, — но давай не будем делать это… в таких форматах! Зачем все так усложнять, и делать сложно, где можно просто?
— Еу, а как тебя еще научить? — потупился я, но глаз не отвел.
— Как как… просто показать, рассказать…
— Свой опыт дороже!
— Пфф! У меня своего опыта с гулькин нос! — развела она руками снова, вознося их к потолку, — Мне всего…э… тридцать семь! На фоне загруженных в меня зданий тысячелетий…
— Столетий.
— Что?
— Столетий говорю, я не грузил в тебя настолько много, чтобы считать за тысячелетия. — помотал я головой, улыбаясь.
— Выжимку! Сухую выжимку! Идеальные пути! Это тысячелетия практики и наработки! — пошла она на меня, с наездом, — Столетия, это если осваивать это все по готовым лекалам! Ты же и это в меня впихнул за раз! И я до сих пор плаваю в половине того, что знаю!
— Ну, бывает. — пожал я плечами, смотря на неё с улыбкой.
Напыщенная и немного сердитая сестра, сдулась, и вздохнула, пожимая плечами.
— Брат, ты не исправим!
— Зато благодаря практической работе, ты начинаешь понимать, как работает то, что знаешь! — подмигнул я её, намекая на то, что ведь неплохо же работает мой план.
Ставлю её в условия, когда ей нужно что-то применить, вытащив из своей памяти то, как это применить и сделать. И она это делает, осознает, запоминает, и потом может повторить уже осознанной, без всяких особых условий. А если нет — повторить! Все заново, но с другого ракурса! Те же действия нужны, но обстоятельства уже несколько иные и запоминаться будет иначе. Нет? Можно и первый план на бис сыграть!
— Дай мне передохнуть, а братик? — взмолилась она слезно, смотря на меня жалобными глазками, и складывая ручки в молитвенном жесте.
— А ты ко мне в кровать шастать перестанешь?
— Не перестану. — ответила она, не меня позы.