- Когда это я тебе лгал, - проворчал Териан и устремился следом.
Эснерия покосилась на двери, сотрясаемые ударами извне, подавила вздох и поспешила за мужчинами. Ее не приглашали, но она должна была убедиться своими глазами, что все стало на свои места.
- Он читает мысли, Сайен. И не позволит мне коснуться его. Мои силы в этом теле ограничены.
- И чего ты хочешь?
- Приведи меня к нему. Как пленника. И сам в это верь.
Сайен прошипел себе под нос какое-то ругательство.
- Меня терзает ужасное сомнение, будто я предаю своего друга.
С этими словами он схватил Териана за руки, заведя их ему за спину. Но не связал, а прорычал, кивнув Эснерии:
- Двигайся к тронному залу и шагай впереди. Я должен на чем-то сосредоточиться.
Эснерия кивнула и устремилась в указанном направлении. Она представляла себе, куда идти, хотя никогда прежде не бывала в этой части дворца. И, шагая вперед, каждое мгновение боялась, что на них накинутся стражи. Но те, что появлялись перед ней, расходились, подчиняясь коротким командам Сайена. Если бы он не поверил Териану, этот путь был бы усеян телами, и сама мысль об этом заставляла ее сердце тревожно биться.
Перед дверями в тронный зал тоже стояли стражи, но Сайен просто велел им открыть ему двери.
Эснерия вошла первой, сосредоточившись мыслями на Териане. Словно бы она собиралась писать его портрет, вспоминала каждую черточку скрытого под маской лица. Окинула взглядом роскошное убранство зала, отметив, что здесь пусто. И взглянула на трон, на котором восседал самозванец.
Сердце замерло от радости при виде него. Она скучала, так скучала по нему. Он был всем, что она желала, но в то же время… это был не Териан. Совсем не он. Оболочка, за которой скрывался кто-то чужой, незнакомый, опасный. Сейчас даже не требовалась маска, чтобы понять – человек на троне поглощен тьмой.
Эснерия понадеялась, что еще не слишком поздно. Что Териан, вернув свое, сумеет совладать со всей этой тьмой.
- Почему девка свободна? – голос императора прозвучал тускло и невыразительно.
- Она беспомощна, - откликнулся Сайен, приближаясь к нему.
И ведя перед собой «пленника».
Самозванец поднялся с трона.
- Тебе следовало убить обоих, как только они проникли во дворец, - зло произнес он. - Зачем ты притащил их сюда?
- Все – ради моего друга, Териана, - глухо, отчаянно ответил Сайен.
И толкнул Териана на императора.
Тот не упустил своего шанса. В два шага преодолел разделявшее их расстояние и схватил самозванца за руку. Лессер ничего не успел сделать, лишь дернулся – и Териан прошептал два слова, ради которых проделал весь это путь.
Эснерия уже видела, как работает это заклинание. Она наблюдала, как двух мужчин окутывает темный туман, но успела перехватить рванувшего к ним Сайена.
- Пусти, - в отчаянии потребовал он. - Я не должен был этого допустить!
- Вмешательство может плохо для вас закончиться, - возразила она. - И вы все сделали правильно. Вы ведь и сами заметили, как стремительно он заполнялся тьмой. Териан никогда бы такого не допустил.
Сайен признал ее правоту и перестал вырываться. Лишь молча смотрел, как падают на пол оба мужчины – но поднимается только один.
Тело Лессера осталось лежать на полу, как и в прошлый раз. Но теперь в него вернулась его душа.
Териан устало вздохнул.
- Спасибо вам обоим. Один бы я не справился.
И это был он. Его бархатный голос, полный жизни и силы, заставил пробежаться по спине Эснерии толпу мурашек от удовольствия. Как давно она его не слышала.
- Териан… это и впрямь ты?
- Сайен, ты сомневался?
- Я поверил тебе, - покачал он головой. - Я просто так боялся ошибиться…
- Я думала, вы будете сражаться, - Эснерия посмотрела на тело Лессера с легкой грустью.
Все же она успела привыкнуть к этой внешности за несколько проведенных рядом дней. Хотя, конечно, с настоящим Лессером она даже не была знакома.
- В сражении у меня бы не было шансов. Он не позволил бы мне прикоснуться к себе, - покачал головой Териан.
Он стоял, прижимая руку к груди, и казался растерянным. Не мудрено, за столь короткий срок пережить такие трансформации… Эснерии захотелось обнять его, утешить, успокоить. Даже если он в этом не нуждался. Но он вызывал в ней столько самых разных чувств, которые ей совсем не хотелось скрывать. Она любила его, признавшись в этом в первую очередь себе.