В эту же секунду мой затылок обдало таким холодом, что голова потяжелела на тонну. Я будто чувствовала чье-то присутствие в комнате, мерещилось тихое злобное дыхание, но это было невозможно — ни на долю секунды дверь не оставалась без присмотра, в нее никто не входил. Мистика. Задерживаться дольше было чревато для моей психики, и я решительно захлопнула дверцу сейфа.
Огненная боль, полоснувшая по моей заднице, заставила меня вскрикнуть, хватая пострадавшую часть тела двумя руками, и развернуться к источнику, встречаясь с хозяином этого гнезда на скалах лицом к лицу.
— Тебя в детстве не учили, что воровать нехорошо? — устрашающе спокойным голосом спросил Роберт, сидящий на краю стола за моей спиной.
На нем по-прежнему из одежды было то, в чем я его и видела в постели — только черные боксеры. В руке он держал какую-то резиновую палку с небольшой кожной кисточкой на кончике, которой он размеренно постукивал по свободной ладони. Тихонько. Совсем не так, как выпорол меня ею секунду назад.
Не шлепни он меня, словно рабыню, я бы, скорее всего, затряслась от страха, как заяц перед удавом. Но выходка Роберта, который вошел в кабинет через смежную дверь со своей спальней, меня разозлила.
— Укравший у вора будет прощен на сотни лет вперед, — впервые открыла я рот за много часов, отчего мой голос проскрежетал, будто я правда робот. Несмазанный.
Щелкнув клавишей настольной лампы, Роберт зажег небольшой источник света, точечно освещающий стол и накладывая мрачные тени по стенам.
— Дерзкая? — недобро усмехнулся Роберт. — Раздевайся!
— Ч-ч-что? — я отлично его услышала, но это заикающееся “Что” непроизвольно слетело с моих губ.
— Судя по тому что ты отважилась пробраться в мой дом, либо у тебя пустая голова, либо стальные яйца. Хочу убедиться, что моя “Кукла” не из Таиланда!
Я всматривалась в его мрачное лицо, пытаясь понять, шутит он так или всерьез. Роберт, видимо, по моему молчанию догадался, что мне сильно не хватает аргументов, для того чтобы выполнить его приказ.
— Когда я был в Японии, то искренне недоумевал, зачем нормальным мужчинам нужны такие андроиды. Японцы такие извращенцы, знаешь ли… — с каким-то садистским наслаждением начал просвещать меня Шварц. — А сегодня, увидев тебя, подумал, что им удалось создать абсолютное совершенство. Тонкая, как балерина, и такая же гибкая. Черты лица настолько идеальны, оттого с первого взгляда нет сомнений, что лицо создавал художник, влюбленный в свое произведение… Представляешь мое разочарование, когда я понял, что никакой ты не японский андроид?
Он точно чокнутый. Предъявлять претензии воровке, что она не робот, это же как далеко у него кукуха-то сквозанула? Впрочем, мне-то какая разница? Единственное, о чем сейчас нужно думать, так это как отсюда выбраться. И желательно вместе с награбленным. Лампой его, что ли, огреть по башке?
— Вот и купи себе японскую куклу и раздевай сколько влезет, извращенец! — решила я немного потянуть время и постараться усыпить бдительность хозяина, чтобы выскользнуть в дверь.
Красивый рот изогнулся в издевательской улыбке.
— Пожалуй, поддержу отечественного производителя, — с нескрываемым ехидством заявил Шварц, нагло раздевая меня глазами.
Пока Роберт, плотоядно ухмыляясь, пасся на моих холмах в декольте, я резво перепрыгнула через стул и рванула к двери.
Чувство страха вспыхнуло с новой силой, по венам уже бежал чистый адреналин. У меня был только один вариант — бежать! Но гадский “трижды Рональдо” оказался намного меня быстрее. Настигнув свою куклу мгновенно, он схватил меня за локоть, крепко прижимая спиной к своей обнаженной груди. Горячий. И твердый, будто сделан из того же мрамора, что и пол этого скворечника.
— Пусти! А иначе я полиции скажу, что ты меня похитил и удерживал тут! — заверещала я, изо всех сил пытаясь выкрутиться.
Но не тут-то было. И дело не только в том, что я уже обессилена настолько, что в голове то и дело мелькают помехи, а слабость в теле похожа на ту, что испытывают люди при гриппе. Его руки, словно стальные оковы, удерживали меня, пока Роберт горячо рычал мне в ухо: