Что делать, если она заболеет? А что станет с ней, если я заболею? В прошлом году у меня был приступ, и я угодил почти на неделю в больницу. С учётом моего возраста скажу – легко отделался.
Ей стало не хватать общения и я договорился со старыми друзьями по университету, чтобы ко мне присылали студенток, готовых общаться с больной девушкой – я был вынужден придумать трогательный рассказ про девушку, страдающую амнезией. За часы, что они проводили с Лили, я платил. К счастью, они не просили больших денег.
К осени вопрос с деньгами стал, как говорят, «во весь рост». Я считал свою пенсию неплохой, но с появлением Лили начались траты, о которых я прежде и не думал. Во-первых одежда. В первое время она не придавала ей большого значения, но потом стала капризничать. Она показывала на платья, уведенные на экране и требовала: «Хочу такое!». Поначалу ей легко было объяснить, что точно такое трудно найти, можно лишь похожее. Она соглашалась. Я шёл в магазин «Second Hand» и подбирал ей обновки.
Во-вторых, её аппетит… В первый месяц она поглощала еду в неимоверных количествах. Шёл интенсивный обмен веществ, как я полагаю…
Старик запнулся, видимо подбирая нужное слово. Это удалось ему не сразу. Наконец, он набрал в лёгкие побольше воздуха и почти через силу выдавил из себя:
- Я полагаю, ДРУГИЕ ткани замещались на естественные. Я готовил еду в таких количествах, словно у меня столовался взвод солдат. Постепенно её питание нормализовалось, к третьему месяцу она опустилась – образно говоря – до обычного человека с хорошим аппетитом. Но появилась разборчивость: это не хочу, а то не вкусно.
Я понял – мне нужно побыстрее готовить её к самостоятельной жизни. Не вечно же я буду содержать её. Особенно, с учётом возраста. Начал учить её грамоте. Буквы она выучила быстро, но читала с неохотой. Начала спорить со мной и говорить - всё, что ей надо – это понять вывески на магазинах и названия иконок на компьютере, который она освоила удивительно быстро.
Потребовалось какое-то время, чтобы я решился сказать ей – мои годы ограничены, и далее ей придётся устраиваться в жизни самой. Это вызвало у неё удивление, а затем и раздражение. «О чём ты думал, когда превращал меня из куклы в девушку? Сначала обеспечь моё будущее, а потом делай, что хочешь»
В три месяца – я мерял её возраст от момента превращения, как родители мерят возраст ребёнка от рождения – она стала придирчиво интересоваться – чем я занимаюсь? Словно начала бояться – а не затеваю ли я что-то против неё?
Я начал после обеда уходить из дома. Говорил ей, что иду по делам, а сам… Нет, кое-что полезное в тайне от неё, хоть и для неё, я сделал. Сумел найти дельцов, которые за деньги, и при том, немалые, сделали для неё удостоверение личности. Я разрешил ей самой выходить из дома, мы договорились, что она будет говорить – если кто спросит – что она моя внучка.
Этот небольшой обман поначалу вызвал у неё массу вопросов. Её не устраивал статус моей внучки, она согласилась говорить так лишь потому, что я просил. Как часто люди обманывают? Всегда ли обманы раскрывают? Какая польза от обманов? Как понять, что собеседник обманывает?
Я объяснял, рассказывал, но она воспринимала всё по-своему. Основной вывод, который она по-моему сделала, что обман – это искусство, владение которым может гарантировать её будущее.
Первой жертвой её обманов стал я сам. Она вытаскивала деньги из моего кошелька – не все сразу, а понемногу, чтобы я не сразу заметил. И наблюдала: замечу или нет, как среагирую? Я пытался её образумить её, говорил, что я всегда помню, сколько денег в моём кошельке, нас в квартире только двое, и если часть денег исчезла – значит это она взяла. Я пытался воздействовать на неё логикой, а она делала изумлённые глаза и начинала клясться смешными клятвами, заимствованными из фильмов, которые видела. И снова наблюдала за моей реакцией: как говорят – «наматывала на ус». В какой-то момент я обнаружил, что из дома стали пропадать вещи. Спустя некоторое время пропавшие вещи, хотя и не все, возвращались на место. Лили делала изумлённые глаза и говорила, что ни к пропаже, ни к их возвращению она никакого отношения не имеет. Но у неё появились деньги, и я понял, что совсем не малые. Я пытался выяснить –откуда, но натыкался на холодное «Это не должно тебя интересовать.» Она начала покупать себе одежду, красивое и дорогое бельё. И что самое смешное и нелепое – пыталась скрыть это! Но стиркой по-прежнему занимался я, и не заметить новое кружевное бельё в коробке для грязной одежды не мог. Лили делала удивлённые глаза и начинала убеждать меня, что это я ей купил, просто забыл об этом!