Амир сразу смекнул, что дама является важной особой, прибывшей с подарками для бедных сирот. Таких, как она, немало бывало в стенах детского дома. Это всё — жёны богатых чиновников, бизнесменов, депутатов, которые от скуки не знают, куда потратить деньги, и хотят, чтобы о их подвиге непременно заговорили на вечеринках высшего общества, куда таким, как Амир, дорога закрыта ещё с рождения.
Мальчик не питал особой радости от появления этой женщины. Подарки и игрушки ему были не нужны. Он хотел большего. Хотел вырасти и стать богатым. Чтобы его сестра никогда ни в чём не нуждалась. Чтобы он мог сам купить себе всё, что захочет. И в отличие от других детей, мечтающих о том, что им повезёт и их усыновят богатые родители, Амир прекрасно понимал, что в этой жизни ему придётся рассчитывать только на себя и собственную смекалку.
— Лариса Никитична, а мы приехали с подарками! — радостно сообщила важная дама, и детвора за столами отозвалась весёлым гудением.
— Как думаешь, что там? — спросила Света, дёргая брата за футболку. — Хоть бы кукла! Хоть бы кукла, которая умеет писать!
— Сама для начала научись писать куда надо! — рявкнул брат, намекая сестре на её ночные сюрпризы, из-за которых каждое утро они всей спальней слушают гневные ругательства нянечки.
— Я же не специально… — краснея от обиды, прошептала Света и, обидевшись на брата, ушла за один из столов.
— Амир, быстро сядь! — зашипела на мальчика нянечка. Она всегда так шипит, когда в детском доме гости. Если бы не эта статная дама, то нянечка бы уже орала во всё горло, а может, и потрепала бы мальчика за уши за опоздание.
— Ой, ну надо же! — восклицает Лариса Никитична, взмахнув руками, имитируя восторг, чем вызывает откровенную усмешку у Амира. Мальчик не раз слышал, как после таких визитов воспитательница вместе с заведующей перемывали кости таким благодетелям, жалуясь на подарки: «Нет бы что нужное привезли! Да нам бы хотя бы пару компьютеров! Сейчас время такое — без компьютеров никуда. А как мы должны детей обучать ими пользоваться?» — «То сладости, то игрушки! А нам в спортзале бы ремонт сделать!»
— Николь, доченька, подойди, пожалуйста, — обращается к кому-то женщина в красной шляпе.
Из-за угла к ней подходит молодая девушка. Настолько хорошенькая, что Амир разом окоченел на месте, разглядывая прекрасную незнакомку — словно волшебную фею из сказки, сошедшую со страниц одной из книг, находящихся в библиотеке. Девушка была настолько красивая, что мальчик едва мог дышать от восторга. Что-то похожее он испытывал прежде, когда их возили в музей мотостарины, и он впервые увидел самый первый в округе мотоцикл.
— Ника, раздай ребятам подарки, — велит мать девочки, и та послушно запускает руки в одну из многочисленных коробок и, вытащив оттуда небольшой пакет, относит сидящему ближе всех Коле. Не в силах удержаться от любопытства, Коля тут же открывает пакет и достаёт из него коробку с новеньким роботом на батарейках. Все остальные мальчишки с завистью охнули, а девочки ещё громче стали перешёптываться между собой, делая предположения, что за подарки ждут их.
Пока Николь разносила синие пакеты мальчикам и красные — девочкам, Амир всё не мог отвести от неё взгляда. Её бледная, аристократическая кожа светилась изнутри необычным сиянием. Большие синие глаза так сильно напоминали небо, свободу и белые облака. Свет из больших окон, падающий в столовую, заставлял светиться её светлые локоны. Амир видел даже отдельные волоски, выбивающиеся из укладки и играющие в потоках воздуха, когда девушка ходила от коробок к столам, раздавая подарки. На ней было светло-голубое нежное платье — прямо как у настоящей принцессы.
— У вас просто чудесная дочь! — с восхищением говорила Лариса Никитична. — Сколько ей лет?
— Восемнадцать, — с гордостью ответила дама в шляпе и удовлетворённо вскинула подбородок. — Через два месяца Николь станет невесткой очень почётного политика, — не поленилась сообщить об этом женщина.
Амиру было плевать на эти разговоры, на возраст девушки и на то, что её судьба предрешена. Он воспринял её как прекрасное видение, как красивый, недоступный экспонат, которым можно полюбоваться всего несколько минут. К слову, девчонки его совсем не интересовали. Он был ещё мал для влюблённости, да и в детском доме не в кого было влюбляться.