- Знаешь, Ваня, за все те годы, которые я помогаю тебе, я успела узнать разные стороны мира пустоты. Порой общение с душами проходит без особых проблем, иногда приходится приложить немного усилий, чтобы разобраться с тем, почему произошла та или иная ситуация. Реже приходится искать какие-то нестандартные пути решения. Как тогда. И сейчас, Ванечка, возникла именно такая ситуация. Ты прекрасный Ловчий, профессионал своего дела. Ты помог просто огромному количеству людей, попавших в беду. Ты, не задумываясь, отправился за мной сюда, хотя даже не представлял, что тебя здесь ждет. И я тебе просто несказанно благодарна за то, что сейчас ты рядом. Не только за то, что благодаря тебе я могу как можно дольше оставаться здесь, но и за то, что одним своим присутствием ты даешь мне просто невероятную поддержку. К чему я все это говорю? К тому, родной мой, что я просто не представляю, что произойдет дальше. В сущности, с которой нам предстоит встретиться, скопилось просто невероятная тьма. Я ни в коем случае не хочу, чтоб ты пострадал, но и отправить тебя обратно я не могу, потому что сейчас - ты мой якорь здесь. Просто… Просто если с этим существом возникнут такие же проблемы, как и с душой той бедной девочкой, тогда без потерь нам с тобой не выбраться отсюда.
Иван Ильич, молча слушавший монолог своей жены, горько усмехнулся. Когда профессор соглашался отправиться в мир пустоты, он в принципе, был готов к такому повороту событий. Но то, что его любимая жена так сильно переживала, просто рвало его душу на части. Хотя мужчина понимал, что будь он сам на ее месте, то испытывал те же самые чувства.
- Душа моя, мы вместе с тобой столько лет, что я за тобой хоть в ад идти согласен. Но нам с тобой рано опускать руки. Как ты думаешь, а получится ли здесь провести обряд изгнания? Все же здесь другой мир, другая энергия. Мы можем попробовать изгнать эту сущность, но я не совсем уверен, что мы получим нужный нам эффект.
Татьяна Аркадьевна неуверенно пожала плечами:
- Можем попробовать. У нас все равно нет других вариантов. Но желательно поторопиться, сил у меня осталось не так много. А я не знаю, что случится с тобой, если меня отсюда выкинет. Я не хочу тебя потерять.
Иван Ильич приложил руку своей жены к губам и ласково улыбнулся:
- Все будет хорошо. У нас с тобой все получится, не переживай. Давай поторопимся, пока цикл этого мира не начался заново.
* * *
Они успели как раз вовремя. Темный силуэт, с трудом напоминающий человеческий, уже стоял по колено в воде. Душа маленького светловолосого мальчика, не издавая ни звука, крепко вцепилась в того, кто когда-то был его отцом. На глаза Татьяны Аркадьевны навернулись слезы от осознания того, что бедный ребенок уже просто привык к ежедневным мучениям. Времени на проведение обряда у четы Вороновых оставалось все меньше и меньше, и, напоследок переглянувшись, каждый из них занялся своим делом. Пока Иван Ильич чертил на земле защитные символы, которые не дали бы темной сущности просто сбежать из этого мира пустоты в другой, Татьяна Аркадьевна осторожно двинулась в сторону Бориса. Тот, словно почувствовав чужеродную для этого мира энергию, резко остановился и повернулся к женщине.
- Кто ты?
Утробный, рычащий голос сущности вызывал дрожь во всем теле, невольно заставляя подкашиваться ноги медиума. Но гораздо страшнее голоса были глаза – глаза самого жуткого монстра, которое только встречала Татьяна Аркадьевна. Все надежды супруги профессора найти хоть каплю человечности в том, кто когда-то назывался Борисом, рухнули еще до того, как она заговорила. Нервно сглотнув образовавшийся в горле ком, Татьяна Аркадьевна заговорила:
- Я хочу поговорить с Борисом. Мне хватит всего минуты. Позволь мне поговорить с истинным хозяином этой души.
Почему-то она ожидала всего чего угодно: издевательского смеха в ответ, агрессивных нападок, угроз в ее сторону. Но сущность, бросив короткое «нет» развернулась и продолжила шагать вглубь реки. Татьяна Аркадьевна чуть не взвыла от собственного бессилия. Ее силы капля за каплей иссякали, и медиум просто могла не успеть.