- Ну, этот прыщ еще попляшет у меня. Сальный ублюдок. Ну, наконец-то.
Я двумя пальцами, выудил легкую, почти призрачную ткань мантии-невидимки из недр ненужного хлама. Если бы отец знал, как я использую ее, он бы поседел раньше времени. Хотя, я не был уверен, что мой отец был уж таким праведником. Судя по его рассказам, в школьные годы, Хогвартс на ушах стоял от их бесконечных дуэлей с Патриком Кордоном.
Я наконец справился с запутавшейся в барахле мантией и накинул на себя. Невесомое одеяние окутало меня и защитная магия начала свое волшебство. Отражение мое вмиг исчезло из пыльного зеркала в углу и я удовлетворенно улыбнулся.
«Ну все! Конец тощему выродку.»
Я часто слышал от ребят, что моя ненависть к Снейпу, порой, переходила всякие границы, ну и пусть. А что я, в конце концов, мог поделать, когда этот недоносок всем своим видом напрашивался.
Больше терять нельзя было ни секунды.
Бесшумно выскользнув в гостиную, я быстро пересек ее, готовясь молниеносно выскочить за портрет полной дамы, как только проход откроется, но прервало ход моих мыслей неожиданное, громогласное, Блэковское:
- Дай знать, если будет нужна помощь, Джим. И мы быстрее ветра примчимся и спасем твой тощий зад, дружище.
Дружный хохот Мародеров, после сакраментальной реплики заставил меня усмехнуться. Кретины. Никакой конспирации с ними.
Как раз в этот самый момент портрет полной дамы отъехал в сторону и я стремглав бросился прочь, чуть не сбив зазевавшегося у входа первокурсника.
Оказавшись в полутемном коридоре седьмого этажа, я поспешил вниз по лестнице. Оставлять надолго Эванс с этим сморчком я не намеревался. Мало ли какую пакость вздумается сотворить с ней этому чернокнижнику. А ведь именно такие слухи ходили о нем в Хогвартсе. И это, насколько я понял, было небезосновательно.
…….
Тайный проход проделанный каким-то умником аккурат в сладкое королевство, как всегда безотказно выручал. Отчего-то мне казалось, что умником этим некогда был мой отец и в свои пятнадцать он творил такое, что нам, молокососам, и не снилось.
Будь ситуация иной я бы задержался у стенда с шоколадными лягушками чуть дольше, но Эванс в моем воображении уже была застигнута вражеской стороной врасплох и зажата ненасытным, тощим извращенцем в темном углу паба. Его руки уже наверняка нахально залезли под короткую юбку и плавно скользили по стройному, мраморно-белому бедру.
"ЧЕРТ БЫ ЕГО ПОБРАЛ!"
Я прибавил шагу и почти пустился бежать по обледенелой, невыносимо скользкой дороге. Ноги разъезжались, но я упрямо несся к цели. Одержимость Эванс или Лилимания - так в шутку называли это Мародеры. Да одержимость! Ну и пусть! Я готов сражаться за эту проклятую идеалистку и ни что, и никто на свете не сможет переубедить меня в обратном.
За занимательной беседой с самим собой я чуть не сбил с ног, выходивших из паба веселых, раскрасневшихся Дамблдора и Макгонаггал. Несколько раз беззвучно чертыхнувшись я успел отскользить по гладкому льду в сторону, давая им пройти.
- Знаешь, Минерва, - взяв под руку деканшу, проворковал директор, - День Святого Валентина, определенно, мой любимый праздник.
- Альбус, мне кажется ты преувеличиваешь, - улыбнулась она, теснее прижимаясь к нему. - На мой взгляд Рождество куда более атмосферно.
Дамблдор в ответ звучно рассмеялся.
- Не скажи, не скажи. Видела сколько там, - он кивнул в сторону Трех Метел, - любви?
- Альбус, это гормоны, - усмехнувшись, отрезала Макгонагалл.
- О нет, моя дорогая, Минерва. Это и есть сама любовь. Только в молодости мы можем любить так искренне и чисто.
Он огляделся по сторонам, и, мне показалось, что на долю секунды он остановил взгляд на мне.
- Посмотри, - он указал в противоположную от меня сторону, - вот мисс Эванс и мистер Снейп.
У меня ёкнуло сердце и я во все глаза уставился туда, куда указал Дамблдор.
- Ну, они же созданы друг для друга. Неужели ты не видишь, как над ними искрит магия?
Я с ненавистью уставился на Снейпа, крепко державшего мою Лили за руку. Внутри меня будто огнем жгли.
Но вместо ответа, декан Гриффиндора неожиданно охнула, заскользив разъезжающимися ногами по льду, но Дамблдор ловко подхватил свою даму за талию, спасая ее от неминуемого падения.