- Но ведь можно же отдать эту идею кому-то из работающих с Витей... - Ая взволнованно сделала несколько шагов от стены до люстры вверх и обратно. Что это такое, куда ни глянь - все такие умелые, а денег ни у кого нет и все стесняются или не делятся такими важными вещами. Зачем людям тогда деньги? А если нет, то почему они не делятся ни с кем? - Они же помогут...
- Не-не-не, не мельтеши... Перестань ходить по потолку! Если бы я только знал, кто там еще есть, кроме Вити и Тани! Я бы с удовольствием с ними поделился! Есть одна девушка, когда она гликозилирует, у нее все просто кипит и трясется! Но она слишком благоразумна, чтобы меня выслушать. Еще есть один хороший химик, он пишет отличные стихи, но он в меня не верит. А еще есть наш лучший певец, но он еще и преподает в ИОХе и вплотную занят другим важным делом - лекарством от туберкулеза. - Он задумался. - Вообще я мог бы, конечно, пойти к нашей Тане или к той чернявой исполнительнице желаний, но сейчас я как-то совсем застрял... Все-таки хочется самому... Самому...
Ая не выуживала из памяти, что такое «гликозилирует» и какое такое всякое еще есть у разных Тань, но почти против собственного желания уже была готова хоть сейчас отнести в любое волшебное место какой-нибудь конверт с секретными чертежами счастья для всего человечества и отдать, кому надо, чтобы все наконец получилось. Только посылку ей отдавать уже не хотелось никак и никому. Но он ее уже забрал.
Может быть, зря? Не отобрать ли ее обратно? Образец - штука необходимая, не все такие шустрые, а этот человек только что оказался придуманным. Но ведь придуманный - не значит ненастоящий? Или ему веры нет? Надо отобрать пакет и найти одного из этих упомянутых им людей, или даже Гадалку, которую они видели вчера, или...
Она покрутила головой, не понимая, почему это все вызывает такие сомнения. Взять и выйти. Но...
Но запах, поняла она.
Здесь, кроме слабых следов краски и клея, мощных выбросов пыли и запаха старой кожи, настоящей и искусственной, разрезанной для поделок, тяжелого металлического фонового запаха и тишины, которая водится в деревянных стружках, был еще один запах.
Какой-то очень нужный. Очень, она бы сказала, знакомый запах. Не осиный.
Что это такое, было пока непонятно.
- Но это все побочные эффекты - рассуждал Александр Валерьевич, размахивая чашкой. Она сообразила, что его краснословие дошло до момента, когда описывают великие проблемы человечества, а также способы их решения. - Главная проблема не в этом. Понимаешь? Кто-то крадет из мира все добро.
- Ага.
- Исходящее от людей тяжелое ощущение видится мне, как огромное недоброе облако, затопляющее все вокруг и рождающее апатию, безразличие и безвременье. Да?..
- Ага.
- В мире отчаянно не хватает добра и полно тоски по добру. Ты думаешь, откуда берутся все эти гопники?
- Да неужели от тоски по добру? Я бы хотела, чтобы никаких бандитов и гопников не было - сказала она, заглядывая туда, где наливалась вода. - Но это, наверное, даже не зло, а то самое облако?.. Издержки производства людей вообще?..
- Ну, это дело непростое. Знаешь, это, когда Витя - он работает секретным агентом - говорит... Нет-нет, он не от правительства, а сам от себя. Так вот, он говорит, что...
- Эй, идите в ванну! - перебила она его, переходя в человеческий режим. -Там уже набралось на одно тело, погруженное в воду.
- В ванную, а не в ванну! Ая, ну что ты! Мы же образованные люди...
Ожидая его из ванной, чтобы наконец понять, где ей ложиться - на диване, под столом или в кресле - Ая села на подоконник, закинув ногу за шею для растяжки, и начала в такой позе рисовать в блокноте карандашом длинные поля под линией электропередач. Получилось не так, как у Мирей, но все равно красиво.
Александр Валерьевич вышел в белой простыне, красивый, как древний грек, потрепал между ушей собаку Ташу. Ая показала ему, что получилось, и спросила, где спать. Он рассеянно повел рукой, и она заметила, что на потолке она действительно спать может, но неудобно, потому что одеяло действительно падает. Он застелил диван чистым бельем и разложил себе на ночь кресло. На столе осталась чашка, чайник и блокнот с Аиным рисунком.
Подойдя к столу и отхлебнув чая, он уставился куда-то вдаль, в ночное окно с бликами от лампы.
- Кому вы отдадите мой пакет?
- Тане. Это плод взаимодействия двух ее работ... Если вы так беспокоитесь, что готовы выхватить его из шкафа и разбить окно при побеге, я вкратце опишу, что это такое. Это то, к чему полагается вытяжка из крови нашего младшего добровольца, некоторым образом... м-м-м... усвоившего очень серьезную субстанцию. И это поможет нам гораздо быстрее стабилизировать состояние тех, кто пострадал от ос... Сейчас они лежат в больницах месяцами...