Она видит, как обрабатываются данные, как давние спорщики приходят к единому, взвешенному мнению, как каждому достается возможность получить образование, жилье, лечение, найти друзей - и с благодарностью выйти из этой системы. Все, существующее само по себе в узком кругу - фримаркеты, раздел денег, добровольная помощь - всегда разделенное непониманием, наконец объединяется во что-то огромное. Это абсолютно добровольный для всех участников проект, который модерируется - что вы, что вы! - не слабыми и тяжелыми на подъем людьми, усталыми и выгорающими на каждом шагу, а мощным искуственным интеллектом, в создании которого участвует добрая воля всех участников.
Существование в государстве вне всякого государства. На своей собственной территории.
Машинная справедливость.
Вы согласны? - спрашивает Витя.
Парк сотрясают оглушительные приветственные крики.
- Гил - говорит Мирей. - Тут что-то не так...
Толпа шумит и разбивается на отдельные кучки. Витя жмет Зеленому руку.
Прежде, чем Мирей успевает что-то сказать, Ая вынимает у нее из руки листок, свернутый трубочкой, и начинает проталкиваться к главарям, принимающим поздравления. У них очень смущенный вид, как будто один опасается другого. Если речь не идет о дружеском рукопожатии в честь заключения договора - ни одна в мире сила не заставит Витю коснуться Зеленого.
Поэтому Ая обнимает их обоих.
- У нас есть место для вашего проекта - говорит она. Смотрите. Только пользоваться будете вместе и оба.
- Какое? - интересуются оба.
Ая разворачивает листок, на котором нарисовано огромное поле. Долгий, вспаханный клин чернозема и золотая линия горизонта. Где не вспахано - трава, золотая и зеленая.
Оба лидера вглядываются в рисунок.
Трава на поле колышется.
Мирон, подхватив всю компанию, пробирался через толпу, ловя обрывки разговоров. Один из участников диспута разворачивал в планшете какой-то чертеж. Именно чертеж, в 3D - для большей наглядности, видать.
...вот всем всегда интересно, можно ли сделать механического товарища Дисклеймера, который будет расследовать каждый случай навешивания кому-нибудь какого-нибудь клейма? - говорил он.
- Какое всем и какое всегда? - поинтересовался Гил, остановившись. -Это дополнительный проект?
- Да мы же все из интернета, что вам, никогда не было интересно, когда это все закончится? Вот сказали о ком-то, что он, дескать, понтовщик, или пьет кровь младенцев, или, там, прет чужие идеи, а товарищ Дисклеймер берет большой циркуль, чертит по линейке диаграммы и при большом скоплении народа все скрупулезно объясняет. Что это не так.
- Да! И все так - "У-У-У-У"! - "а машина-то не соврет"! - горячился товарищ, а мастеровой-автор сего произведения скромно раскланивался. - Это должен быть одушевленный механический детектив, блистающий латунью! - вставил кто-то из саженцев. - Дополнение! Еще дополнение - огладил щетину на подбородке выступающий. - «Блистающий латынью»!
- Да! Дисклеймер - это фамилие такое. По тому же принципу, что и Франкенштейн. - Это Самойлов. «Я Пинкертон!»
А что такое Пинкертон? - Идеальная оправдательная машинка. Люди друг другу не особо верят, а если им вот такое вот выдать... опечатанное королевской печатью...
Может, не поверят, но рты большинство заткнет - хихикнул какой-то хиппи с барабаном.
А зачем оправдываться-то? - спросил кто-то, но его тоже немедленно заткнули. И продолжили, забыв об общей машинной справедливости.
На другом краю толпы началось бурное обсуждение, в котором участвовал здоровенный список событий. Все сводилось к тому, как оно получается, как кто и во что верит, как и чего не хватает для определения истины, как зарабатывается авторитет, а автор предполагаемой машинки, который вызвался научить будущую креатуру всему, скромно молчал в тряпочку. Он был вынужден это делать, чтобы не мешать развитию и поднятию авторитета говорящих - некоторые из них были ужасно неуверены в себе.
Но тут на сборище раздался шум, подобный морскому прибою, и какие-то назгулы донесли до ушей всех присутствующих, что среди бела дня к саженцам явилась известная личность Гадалка и захотела говорить с главным. А так как главных двое и они друг с другом не согласны, то она никого выбрать не может.
Все повалили толпой смотреть на Гадалку, а Мирей, Ая и Мирон решили уйти, потому что они не главные. Кроме того, Мирей поняла, что уже пора домой, а то Нита накормит детей неправильным ужином, а еще сегодня они ничего не решат и ни одного шпиона, кроме Вити, не нашли. Ая хотела, как обычно, побродить сама по себе, а Мирону было пора чистить динозавра.