Люся, с сегодняшнего дня - невеста Витька, хозяйским взором оглядывала квартиру. - Так, что это за обои у тебя! Переклеим, как только сможем! - Переклеим, солнышко, переклеим... - смущался Витек, будто под взглядом ротного. - И мебель эту дурацкую выбросим... - И сантехнику чтобы поменять! - командовала Люся. - А то как жить? Нет, слушай, что это такое? У тебя же денег до фига! Говорит, что любит меня больше жизни, обещает свадьбу в Италии, а мне жить в таком свинарнике?! Где нормальная хата,а? Аууууууууууууууу.... Она плюхнулась на кровать и разрыдалась. Витек засуетился. -Солнышко, солнышко, не плачь, ну слышь, ну не плачь, солнышко! Я же не постоянно стригу большие бабки. То есть, то нет. - Тогда никакой свадьбы! - Нет, нет, солнышко, ну подожди ж ты, ексть... Тут как раз два таких придурочных мужика... я сейчас Вахе позвоню. Правда, у него воспаление легких, но он их с моей помощью обработает, как нефиг делать. Он подошел к телефону и набрал Вахин номер. * Скромный сотрудник варшавского банка раз в год позволял себе выпить и в таком виде пойти на работу. В этот день с ним обычно творились всякие интересные вещи. Он сидел в кабинете, заходил на русские сайты, в том числе на сайт родного банка, где помнил старые пароли, и разглядывал картину потоков, которая представлялась его взору во всей красе. Иногда ради разнообразия он шутил. Родной банк помнился ему жмотом, жалевшим денег не только обычным сотрудникам, но и админам. А ведь жалеть лишний раз поощрить админа - это не просто хамство, а еще и верная гибель. Скромный сотрудник банка почитал себя робингудом. При идеальной работе всех систем раз в год из общей казны незаметно исчезала довольно внушительная сумма, которую он, возбужденно хихикая, отправлял на случайный счет. Иногда он представлял, что бы говорили эти люди, если бы узнали, откуда деньги. Он думал, что по большей части ему бы сказали спасибо. Если, конечно, это не был счет человека, которого подозревают в особо крупной краже. * Писатель и товарищи лежали за перевернутой кроватью в чужом, пустом и большом доме и играли в войнушку. Та самая игла в яйце из кости мамонта, добытая всякими ухищрениями за большие деньги у сотрудницы музея, понятное дело, оказалась в последний момент недостаточной платой. Ваха с Витей потребовали денег, в нормальной валюте, а денег больше не было. Слово за слово, и началась интересная игра, которая закончилась, как бы это сказать - противолежанием. Не то чтоб писателю было жаль за мечту всей его жизни отдать такую дорогую вещь. Но вот чисто из вредности... Азербайджанец не зря намекал на то, что когда-то служил в особых войсках. Исключая валявшегося в отрубе Витю, в доме Ваха был один, загнать его в угол удалось быстро, и теперь у писателя под ложечкой сосало нехорошее предчувствие, что сейчас они точно убьют человека. - Не отдам! - крикнул в который раз Ваха. - Щас мои подойдут! - Отдавай! - закричал писатель, угрызаемый страхом. - Тут судьба на кону, а нам гадалке платить нечем! - Какой гадалке? - неожиданно заорал незнакомый голос из динамика в потолке. Некоторое время все молчали. - Эй! - заорал изо всех сил охрипший Ваха. - Вы тут уже? Берите их! Берите! они за моей душой пришли! Они от гадалки! В динамике прокашлялись. - Если от гадалки, то мы не будем связываться - ответил чей-то умный и взрослый бас. - Ваха, ты договаривался, да? - Договаривался - обреченно ответил Ваха. - А плату получил? - Получил, получил, мы честно все отдали! - заорали дуэтом писатель и азербайджанец. - Получил... - раздалось из-за ящиков. - Ну, вот и не рыпайся - подвел итог голос. - Ребят, идите спокойно, шухера больше не устраивайте, а гадалке передайте мой привет. Поняли? - Поняли - севшим голосом тихо сказал писатель. За баррикадой из ящиков промолчали. Затем проскрипели шаги по коридору, и ловкая рука в хирургической перчатке что-то вбросила в комнату. - Ложииись! - заорал Витек и прикрыл голову подушкой. Все попадали на пол, но бомба не взорвалась, а вместо этого человек за ящиками поднялся и выскочил в коридор. Писатель робко выглянул из-за стола. По коридору удалялся звук бегущих ног, а посреди комнаты лежал пакет. Замиренный Витек без страха приоткрыл его и кивнул. - Во. Давай заберем, и пошли все вместе. А то гадалка, наверное, волнуется.