Надо было отдохнуть. К тому же звучащая внутри музыка вконец измотала его.
Парень и девушка - оба высокие, длинноногие, с длинными волосами, без шлемов, только в защите - взялись за руки и плавно уехали вниз в сумерки и дым по крутой асфальтовой дороге. Слева крутились велосипедисты на одном колесе. «Смертники» - подумал Мирон, не понимая, как роллеры вообще могут тормозить хоть одним этим бешеным ботинком. В прошлом году все вообще катались в тумане.
Он подошел к окошку тонара, торговавшего хот-догами и газировкой, и постучал в окно. Высунулась пожилая продавщица с волосами, местами крашенными хной.
- Гюльнара?
- Гюльнара!
- Цепочку заказывали?
- Заказывали - улыбнулась она, сразу став на пару лет моложе. - Ты из «Кэндис»?
- Из «Кэндис» . Вот коробочка. - И Мирон вынул коробочку, которая сама по себе была произведением искусства. - Две пятьсот.
- Сейчас, сейчас - засуетилась продавщица. Она закрыла окно и принялась где-то копаться. Наверное, искала кошелек.
Дверь в ларек была открыта. Мирон спрятал коробочку в карман, задумался и положил рюкзак рядом.
Из задумчивости его вывел громкий вопль продавщицы. Потом раздался звук, который означал, что кто-то сел на оставленный велосипед и рванул что есть силы. Мирон, порядком уставший и не соображавший уже почти ничего, получил дозу адреналина прямо в мозг. Следующим его воспоминанием было то, как он бегом догоняет велосипедиста, который пролетает через колонны, оглядывается, жмет на педаль и отчаянно съезжает вниз по ступенькам мемориала.
Велосипедист пролетел чуть ли не целый пролет, на последних ступеньках удержался, но на брусчатке выписал кренделя, поскользнулся, завалился на бок и заорал. Этот вопль остановил Мирона, и он замер на предыдущей площадке, тяжело дыша и не понимая, как это: только что сидел, отдыхал после рабочего дня, пытался откашлять что-то из легких, и вот, здравствуйте...
Вокруг велосипедиста уже собралась целая толпа. Компания с гитарой отставила гитару, рюкзаки и пиво и тоже лениво спустилась вниз - полюбопытствовать.
Миронов рюкзак валялся неподалеку. Мирон подобрал его, надел на себя и тяжело пошел вверх по ступенькам.
- Ты его толкнул, что ли? - налетела на него какая-то женщина с красным лицом. - Вы охренели тут гонки устраивать?
- Они экстремалы - вступились из компании. - Не мешайте людям развлекаться.
- Я его сейчас убью нахрен! Ты понимаешь, что он мог разбиться насмерть, или нет? - ее внимание переключилось уже на попавшего под горячую руку. - Ты понимаешь или нет? Нет?..
- А чо? - лениво ответил тот. - Гонки всегда будут и всегда были.
- Это вор - машинально сказал Мирон и спохватился, что сейчас велосипедисту будет еще хуже. Но к месту происшествия уже ехала «Скорая» от места тусовки роллеров.
Он прикинул, насколько безопаснее было бы объехать через спуск, начинающийся от дорожки за зданием - хороший, заасфальтированный. Вот дурак...
- Вор? - оживилась женщина. - Это другое дело. Так, пошли в полицию! Я сейчас вызову полицию...
- Не надо полицию - очень раздельно сказал Мирон, видя, что к общественно активной тетке подтягиваются несколько других, не менее активных. - Он и так ногу сломал. Понимаешь? Не надо никакую полицию. Заткнись, пожалуйста. Пускай ему будет «Скорая».
- Что?
- «Скорая» пусть будет, говорю. Ты что, не видишь, что ли? Он меня испугался. Может, он сейчас вообще умрет от такого удара, а ты тут...
Вор и в самом деле лежал в какой-то дурацкой позе, хватая воздух ртом. Одна нога у него была вывернута неестественным образом. Обескураженный Мирон подержал ему голову, пока фельдшерица из «Скорой» не протолкалась через толпу и разложила чемоданчик.
Мирон растерянно осмотрел народ и увидел то, чего призывал опасаться неизвестный граффитчик. В двух шагах от толпы стоял бледный, маленького роста, весь какой-то несуразный человек с увядшим и старым лицом. Он казался то ли невыспавшимся, то ли грязным и все время почесывался. Он смотрел на разбившегося вора неотрывным взглядом. Смотрел, смотрел, смотрел... Упивался...
- Курьер!.. Курьер!..
Наверху, как во время осады башни, с развевающимися волосами стояла Гюльнара. Она нашла его взглядом и одобрительно закивала. Мирон оторвался от созерцания осы и тяжело пошел наверх.
- Курьер!.. Прости, не знаю, как тебя там... А что с ним?
- Ногу сломал - невыразительно отозвался Мирон. - В полном шоке.