ной машине, а на закорках у другого дядьки - толстого и краснолицего. Тот все время отдувался и озирался. - Еще давным-давно. - А!.. Это автор наших самых главных статуй на Площади Революции, - отмахнулся Вергилий. - Манизер? - Дивин. А везет его нынешний начальник московского метро. Он крепкий. Пусть поработает. Мирон вспомнил, как ему дедушка рассказывал, что статуи представляют собой собирательный образ советского или русского народа... Который в основном сидит. - А когда у вас все должно происходить-то? - Сейчас. Происходить это должно только в апреле. Утром. И разбегаться в восемь часов на станции Беговая. Я так решил. Витя шарахнулся - неподалеку стояли “саженцы» в зеленых куртках, жрали курицу стоя и хором скандировали : Что вы там читали? Вам себя не жалко? Выбросишь все книжки - вырастешь большой. Карлос Кастанеда - человек ужасный, Человек ужасный с доброю душой. Он придумал способ вправить переборки, Но его, конечно, подвела трава - Где у Кастанеды вышла точка сборки, Там у русских хиппи будет голова. Если в эту точку направлять все мысли, То они застрянут прям сейчас и здесь. Вот вы их вытаски-вать занадоеди- тесь, занадоеди- еди- еди- тесь! - При чем тут Кастанеда? - ошалело спросил Вергилий, единоличный управитель станции «Междугородная». Но Витя только мудро улыбнулся в ответ. - Нашему веку необходимо оправдание! - донеслось из-под потолка станции. Ну вот, опять. Мирон и прочие двинулись вперед и обнаружили еще большую толпу, стоявшую вокруг Зеленого. Ни одна сходка, проворчал Гил, теперь не обходится без Зеленого, сколько можно. У него в руке был мегафон, но он им не пользовался, а орал на всю станцию совершенно самостоятельно. - Мы обязаны создать его! - Чего создать-то? - спросил какой-то хипстер. - Зачем?.. - Мы обязаны создать универсальное оправдание нашего существования. - Блин, ну опять ты... - Тогда никто не посмеет нас ни о чем спрашивать, ни государство, ни политики, ни бабки на лавочке, ни родственники, ни официальные лица - объяснил ему предводитель. Вид у него был, как всегда, малость затравленный, но сегодня - еще и торжествующий. - А, чтоб отвязались! А я думал - чтобы справедливость... - пробурчал прохожий хипстер и исчез в толпе. - Эй! Раньше же другая идея была - сказала Мирей. - А куда они дели наш вопрос насчет миньяна десяти компьютеров? - Для чего вы это делаете? - раздалось из толпы. - Зачем нести эту чушь который день? Прекратите уже, что ли! - На самом деле все - ради черных рек - серьезно ответил Зеленый. - Но вообще-то мы пришли сюда найти того, кто наконец сможет помочь нам построить Дисклеймера! И мы ее нашли! Вперед медленно вышла Ая, поддерживаемая под руки двумя девушками; одна - черноволосая, вторая - почти блондинка. У Аи был встревоженный вид. - Ай! - крикнул Мирон. - Ты чего тут делаешь? - Ая не ответила. Предводитель поклонился. - Дело в том, что Ая, будучи полноценным искусственно созданным человеком (тут Ая гордо улыбнулась, чего за ней Мирон раньше не замечал), является в некотором смысле наследием нашего прошлого. А так как прошлое у нас разнообразное, то Ая - начало кибернетического прошлого. О конструкции человекоподобных существ и разумов Ая знает все. Ая шагнула вперед и расстегнула молнию на груди. В этом движении было что-то жертвенное. Зеленый почтительно отступил в сторону. Ая взялась руками за кожу на груди и раздвинула ее тоже. Толпа затихла. Под тканью строгого черного пиджака, за белой блузкой и под аккуратным стильным галстуком, сверкнул металл. Офигеть, какой терминатор - раздалось сзади. Все невнятно зашумели, но Зеленый успокоил их решительным жестом: - По-моему, достаточно просто посмотреть. Ая, как квалифицированный спец и конструктор, будет главной по этому проекту. Если кто-то хочет помочь, прошу к ней. - Он поклонился и вышел из круга. Мирон, Гил и вся компания молча смотрели на то, как Ая точными движениями застегивает кожу. Под конец она заметила их - как можно было не заметить зеленое чудовище с первого раза? - весело замахала рукой и побежала к ним, уворачиваясь от рук собеседников, ловивших ее за отвороты костюма. - Тихо! - заорал предводитель. - Дайте человеку со своими пообщаться! В двух шагах она нерешительно остановилась, потом все-таки подошла - и Мирон наконец вспомнил, как она все понимает, и заключил ее в объятия. - Господи, ну Аечка - печально сказал Вергилий. - Зачем ты вообще это сделала? Они же раздолбаи. Ая молчала. У нее был вид человека, только что свернувшего гору. - Блин - сокрушенно сказал Мирон и опять обнял ее за плечи. - Ты что, подписалась, чтобы они тебя использовали? Ты же свободный человек! Все, валим из этого проекта! Мирей, требуй картинку обратно! - Нет - тихо сказала Ая. - Что - нет? Не свободный человек, что ли? - Нет, не использовали. Они... Это... - Чего - это? - Они говорят, что они тоже мои братья. Вергилий понимающе пожал плечами и посмотрел на Мирей. - Это неизлечимо. Мирон отпустил Аю и отошел. - Черт... Это уже почти что секта. Ты что, тоже ведешься на участие в крупном предприятии? У меня тут пропала одна такая... - Да не про проект я... - печально сказала Ая. - Это братья. Не те мои братья, а совсем другие. У них еще одно дело есть. Они хотят, чтобы все были счастливы. - Это как Аль, что ли? - перебил ее Витя. - Так ты же знаешь, что за пургу несет Аль. - Это не пурга - обиделась Ая. - Аль в этом участвовал. Он плохо понимает все человеческие дела, но он придумал умножение сил... - Какое еще умножение сил? - встряла Мирей. - Это не он, это я! - Ага, - подтвердил Гил. - Она. По этому... еврейскому принципу.