Добычливость
- Иврит - это очень сложный предмет - шепотом продекламировала Мирей и постучала по распечатке. - Времени есть, а потом сразу нет...
Согласно инструкциям от Ежика, чей друг, собственно, только что перестал мигать зеленым в аське, если выучить иврит, то потом можно было заработать кучу денег, с него переводя. Мирей в это не верила, у нее и с редакторской-то работой были некоторые проблемы. Но иврит - это было круто. Это гипнотизировало. Это было что-то про предков.
Мысли об этом помогли доделать сегодня ужасно унылый текст. Так что Мирей закрыла страницу с письмом от Ежика и пошла одеваться. Ежик, у которой были ключи от дома, должна была прийти через пятнадцать минут. За пятнадцать минут дети не должны были проснуться.
Дорога до библиотеки никак не изменилась за два года. Последний раз она была здесь по пути на набережную, потому что невозможно пройти мимо этих мест и не проведать ностальгию. Сборище у метро - это, конечно, интересно, но библиотека-то...
Мирей уже дошла до ступенек заднего крыльца, и тут хлынул дождь.
Сегодня на крыльце то ли прятались от тучки, то ли курили человек 10. Человек 5 из них были «саженцы», которые днем участвовали в пикете против вырубки дубов. Остальных она не знала. Наверное, он тоже «саженец», они все похожи, эти новенькие-зелененькие нефора. Кто только эту традицию завел, раньше таких не было. И вообще, эти их рубашечки клетчатые...
- Костя есть? - у человека явно не было нормального имени, только паспортное. Она помахала пакетом с апельсинами. - Костя?..
- Я Костя. - Толстый парень в очках тоже достал из рюкзака пакет, из пакета-конверт с деньгами, уронил пакет, но не заметил этого и продолжил копаться, теперь уже в конверте.
- Подними - вступил кто-то.
- Погоди, мы сейчас разберемся. Ты почему опоздала? Две или полторы?
- Условлено было две. - ситуация сразу резко напомнила Мирей другие несмешные ситуации. Да ну, если человек назначает встречу «у библиотеки», то, наверное, знает, что это за библиотека, но...
- У меня с собой только полторы - сказал «саженец» и уставился на нее сквозь очки.
Ну вот, опять. Откуда только такие козлы берутся? Она прекрасно знала этот вид заказчиков.
Мирей вздохнула и громко сказала:
- Чувак, по почте условились - две. Две тысячи рублей. Работа сделана. Отправлена. Вычищена. Проверено. Ты просил приехать лично, потому что с карты на карту перевести не можешь. Две тысячи рублей. Ты понимаешь, что такое две тысячи рублей?
- Понимаю. В кафешке посидеть. - он явно издевается, подумала она и подошла поближе. Дождь ливанул еще сильнее, и под козырьком стало тесно и мокро.
- В кафешке посидеть, пива выпить...
- Чувак, это не очень честно - сказал кто-то сзади. - Тебе жалко, что ли?
- Ага - насмешливо отозвались справа. - В кафешке посидеть...
Общественность начала придвигаться поближе, чуя, как сказала бы Оля-Сова, классовую солидарность. Один на один, может быть, он и настоял бы на своем - Мирей не всегда удавалось обойти такое - но в этот раз он сдался и начал отсчитывать рубли, демонстративно пересчитывая до бесконечности. Наконец он сунул ей две зеленых бумажки и глумливо поинтересовался:
- На детей, что ли, не хватает?
- Денег не очень много - процедила Мирей. - Банк не грабила.
- Что, тусовка есть, а работы нету? За пятьсот рублей уже морду строим?
- А моя морда должна тебя устраивать, да?
Саженец смотрел на нее ехидным взглядом. Мирей тоже уставилась на него и широко улыбнулась.
Она вспомнила этот период, когда бурлила жизнь на парадных ступеньках, на крыльце и по всему парку - веселые парни и девушки в венках и с деревянными мечами, студенты вузов, переписывающие друг у друга на листочки значения рун с единственной принтерной распечатки, бесконечные песни, которые записывали ручкой в тетрадь в клеточку и на кассетный диктофон, изучение эльфийского языка. «Ничьи» квартиры, где можно было болтаться сутками, не приходя домой и не опасаясь, что там будут заставлять бухать или склонять к сексу - разве что втянут в длинный спор о давних событиях из саг и легенд. Любимые авторы как пример для подражания. Никаких, никаких, мать его, «женщина должна». Драки с гопниками, когда могли очень пригодиться свежеприобретенные приемы фехтования на катанах из лыжных палок - «плюс десять к выживанию».
Нищие студенты тех же вузов, зарабатывающие пением на улице. Менты, от которых тусовка позорно затихала, но потом через пять минут начинала жить снова. Босые хиппи и отвязные панки в «гриндерах» и невероятно драных штанах, лисьи хвосты на шапках, долгие разговоры, виртуозно вышитые прикиды и ощущение какого-то сплошного братства , которое не исчезало долгие годы. Мирей приводила туда старшая сестра. С тех пор Мирей была Мирей, а никакая не Марина.