И тогда обещание, которое являлось проклятием, прервалось бы на его существовании.
— Ты уверен? — Мягко спросила Аделаида.
Она преклонилась через его плечо, внимательно рассматривая каждую деталь волевых черт лица.
— Абсолютно. — Послужило ей твёрдым ответом.
Кукла с небольшой улыбкой поцеловала тёплую щеку, опаляя её холодным дыханием.
И тогда время в очередной раз сыграло злую шутку.
Эпилог
Светловолосая девушка стояла перед зеркалом, разглядывая тёмными глазами своё отражение. Она аккуратно наносила косметику, подготавливаясь к небольшой прогулке с друзьями.
Блондинка вздохнула, когда поняла, что её тушь закончилась.
— Мам! — Крикнула она, делая один шаг в коридор.
Вода большим напором стекала в раковину, издавая глухой звук, что было хорошо слышно даже оттуда. Раздался звон посуды, которую, очевидно, раскладывали по местам.
— Что?! — Громко спросила женщина, на секунду прекращая свои шумные действия.
— У тебя есть тушь? Просто моя закончилась!
— Да, Камилла, возьми в моей шкатулке на комоде!
Звон посуды и грохот столовых приборов продолжился, создавая атмосферу уюта в доме.
Светловолосая швырнула пустую емкость на кровать и направилась в сторону спальни матери. Она открыла небольшую тёмную дверь и вошла, взглядом изучая комнату.
На её лице появилась улыбка, когда карие глаза остановились на небольшой бордовой шкатулке, которая выглядела очень старой и потертой, но всё такой же очаровательной.
Девушка открыла её и начала копаться в куче хлама, в поисках необходимой вещицы.
Камилла замерла, когда пальцы наткнулись на холодное стальное покрытие маленького ключа золотистого цвета. Он был очень старым, с витиеватыми узорами, чем отличался от обычных ключей.
В голове блондинки сразу всплыла та комната, которая находилась в самом конце коридора. Сколько она себя помнит — её дверь всегда была заперта.
Светловолосая, совершенно позабыв о цели визита маминой спальни, направилась по коридору к левой боковой части дома.
Чувствуя, как сердцебиение ускоряется в предвкушении, она вставила ключ в замочную скважину, поворачивая. Девушка толкнула узкую коричневую дверь, позволяя себе медленно ступить внутрь и нажать на белый включатель слева от дверного проема.
Карие глаза расширились, рассматривая светло-серые стены, которые были завешаны постерами с группами «The Beatles» и «The Rolling Stones».
Её взгляд остановился на темно-коричневой гитаре в углу, и что-то внутри дрогнуло. Она выглядела такой знакомой.
Камилла очень любила слушать, как кто-то небрежно перебирает тонкими струнами и невесомо скользит по ним пальцами, играя для неё.
На столе из светлого дерева царил уютный беспорядок, словно здесь совсем недавно кто-то сидел, рисуя или читая. Быть может, учил уроки.
Так странно и так знакомо.
На полках стояла куча различных книг и дисков тех же групп, лица которых украшали все стены.
Она пробежалась глазами по небольшой мягкой на вид кровати, застеленной шелковыми серо-бежевыми простынями.
Её взгляд остановился на большой коллекции машинок, для которых была выделена отдельная полка рядом с комодом.
Это всё выглядело таким родным для девушки. Она чувствовала тепло и уют, находясь в этой комнате. Непонятная ноющая дыра в её душе сейчас была заполнена.
— Камилла! Ты где? — Послышался мягкий голос из коридора.
Беатриса глубоко вздохнула, когда заметила открытую узкую коричневую дверь.
Женщина вошла внутрь, чувствуя такой же комфорт, как и её дочь, когда находилась здесь.
— Что это за комната? — Заинтересованно спросила блондинка.
— Она была здесь с самого начала, но я, почему-то, никогда не заходила сюда. — Немного хмурясь, растерянно произнесла Триса, рассматривая до боли знакомый интерьер.
— Чьей она была?
— Ох, если бы я знала. — Ответила женщина, с сожалением качая головой.
Камилла подошла к окну, одним движением раздвигая шторы. Солнечные лучи мгновенно заполнили помещение, красиво освещая уютное место. Кусочки пыли медленно витали в воздухе, подобно перине, изворачиваясь в завораживающем танце.
Взгляд блондинки наткнулся на большую колбу, расположенную на широком белом подоконнике. Она с восхищением рассматривала две фарфоровые куклы внутри.
Высокий мужчина с шоколадными кудрявыми волосами и невероятными насыщенными зелено-голубыми глазами был одет в красивый чёрный костюм с серебристой бабочкой. Левой рукой он держал талию девушки, а второй придерживал её руку в серой шелковой перчатке. Тело куклы было худым и бледным, а фигура изящная и хрупкая. Роскошное золотистое платье с серебристым бантом впереди — было её нарядом. Левую тоненькую руку она тянула вверх, а вторую вложила широкую, для неё, ладонь мужчины. Она немного наклонилась влево, опираясь о руку зеленоглазого, которая крепко держала её за осиную талию. Правую ногу в золотой туфельке на тонком каблуке девушка подняла в сторону, немного закидывая назад. Их кожа была фарфоровой и бледной, а лица такие красивые и реалистичные, что, казалось, они вот-вот оживут, кружась в своём странном завораживающем танце.