Что должен испытывать человек, впервые убив? Жалость? Вину?
Однажды в детстве, гостив у тётушки Шарлотты, Эрика увидела, как её муж закалывал кролика.
Это зрелище хорошо сохранилось в памяти. Крик и страх чувствующего близкую смерть, животного, долго преследовало детский разум в кошмарах.
Бриар тогда ушёл плакать в дом, а она осталась. Стояла возле калитки и смотрела как кролика укладывают на бревно, как взмахивается топор и…конец.
Ей было жаль и не жаль одновременно. И именно это пугало неокрепший разум больше всего.
Дядя Итан, сидящий на веранде всё это время, лишь вздохнул. Его едва заметный шёпот Шарлотте посеял обиду.
— Она же евитер.
Но неужели причина лишь в этом? Тогда она чувствовала бессилие. Чего Аир подери он ожидал? Что она побежит к мужчине и попросит пощады? Бессмысленно. За её спиной, кролика ждала бы точно такая же участь. Или ныть как кузен?
И вот, сейчас нажав на курок, она ощутила маленькую, и такую действительно глупую месть.
Только что она была кроликом, но убила охотника.
— Эрика, хватит, он уже мёртв. — Осторожно позвала Клер, не решаясь подойти к стреляющей по трупу Коу.
Магазин опустел, но она продолжила нажимать, словно пули там материализуются сами. И поняв, что теперь опасность ей не угрожает, Хар выхватила оружие.
— Всё, успокойся.
На заднем плане к покалеченному ребёнку прибежало несколько жителей. Эрика выдохнула. Всех перебили.
— Возвращаемся! — Раздалась команда. — Пошли.
Занимая своё место на велосипеде, Эрика не оборачивается на истошные рыдания. Игнорирует отдаляющиеся вопросы матерей про их детей.
Забранный пистолет сверкает в поясе Клер. Психи? Эти ребята не похожи на них. Если уж кто псих, так это она.
В голове пустеет. Ян прав, выпустить пар лучше на другом, чем на себе.
Евитеры выезжают на дорогу, Клер останавливается и Коу наконец-то возвращается в реальность, ставя ногу на землю для опоры.
К ним едет мотоцикл, щипля своей круглой фарой.
— Явился не запылился. — Приветствует Хар, остановившегося Сэма. Он оставляет байк и чмокает девушку в губы. — Зачем в Берру гонял?
— Надо было кое-что… — Парень вскидывает брови. — Эрика. Я как раз к тебе собирался.
Она слезает с велика и выжидающе смотрит на Сэмюэля.
— Есть новости? — Голос дрогнул. Неужели наконец-то это незнание закончится.
— Да… — С сомнением протянул он. — Тут такое дело. — Он сузил и без того не большие глаза. — Случилась небольшая авария, но машина по большей части цела.
Эрика ожидала услышать всё, но не это.
— Какая к чёрту машина, что с Евграфом?!
— Он в больнице, сказали вырубился в дороге. — Сэм немного вздрогнул и теперь, заметив беспокойство девушки, кажется, стал более взвинченным.
— Что с ним? Сломал что-то? — Группа тактично отъехала чуть дальше.
— Эрика, судя по всему, он тебе не чужой, так что постарайся сейчас отреагировать как можно тише. — Это ещё больше испугало и без того шокированное сердце. — Евграф Дебюсси сейчас находится в нейрореанимационном отделении. У него не сильное сотрясение от столкновения. — Ладони замерли над её плечами. — И врачи обнаружили дормо².
Лицо опалило жаром и быстро сменившимся холодом. Мысли словно вылетели вслед за ветром, а Эрика даже не думает их догонять.
Пустота, первое ощущение охватившее тело. Она прикусила губу пытаясь сдержать рвущуюся улыбку, потому что не смешно. Но Аир схватив, ей так хочется смеяться.
Это шутка? — Хихикнуло в голове. — Он просто прикалывается над первокурсницей.
Но серьёзное лицо Сэма пугает, заставляет теряться в ложных догадках.
— Ты в порядке?
Хочется спрятаться, отвернуться. Но ведь все всё сразу поймут.
Стыдно?
— Эрика?
— Я… — Дорога кажется мягкой, упругой, уходящей из-под ног как эскалатор. Запинаясь об собственные ноги, она делает ещё один шаг уже срываясь на бег.
Воздух показался ещё больше леденящим, парящим клубками пара из рта.
Только не он, только не Евграф. Это невозможно. Нужно увидеть, убедиться. Да даже если он лежит там, весь в трубочках, это ещё ничего не значит. Верно? Врачи ошиблись. Такое бывает, все ошибаются.
— Куда ты? — Взволнованно крикнула Клер.
Ноги понесли в сторону города. В ушах слышны лишь собственные голоса, разъедающие, скользящие, бьющие по перепонкам. Кажется, один из них скоро разорвёт сосуды в мозгу.
Это безнадёжно.
Нет, всё в порядке.
В отражении слёз Эрика видит лишь его. Мужчину, который жалел её после нападок в школе. Дворецкого, который единственный в особняке видел в ней госпожу. Человека, принёсшего ей подарок на шестилетие и просидевшего в спальне ребёнка с утра до вечера. Знающего всё о маме и её детстве. Водителя, шутившего на самые разные темы, лишь бы успокоить и уберечь напуганную Эрику от реальности.
Неужели его больше не будет рядом? Нет, это неправильно.