Даже не зная что он собирается делать, я прижалась к нему задницей, умоляя о большем. Я не ожидала, что его язык проникнет в мою попку. Он быстро лизнул меня и отстранился, когда я вскрикнула.
Он положил светящуюся маску рядом с моей головой, её пустой взгляд был устремлён на меня. Маска исчезла. Его лицо было открыто. Я могла бы повернуться, взглянуть и увидеть, кто он, узнать лицо демона, который сейчас овладевал мной. Но он сказал мне не двигаться, и я покорно согласилась. Я была его марионеткой. Он был моим Хозяином. Вместо того чтобы повернуться к нему, я протянула руку к маске и провела пальцем по её глазам.
— Хорошая девочка, — прорычал он, прежде чем прикусить мою ягодицу и опуститься ниже, пока его язык не проник в мою киску. Он ласкал меня сзади, подтягивая мои ноги выше для лучшего доступа, посасывая, облизывая и покусывая каждый кусочек чувствительной плоти, до которого мог дотянуться. Я попыталась ухватиться за него, почти повиснув над простынями, когда он поднял меня. — Я собираюсь растянуть тебя, красавица, — сказал он, прижимаясь ко мне. — Наполнить эту киску до предела.
Я застонала и сильнее прижалась к нему, ощущая, как по телу разливается тепло. Он собрал верёвки, и потянул, прижимая мои руки к животу, в то время как продевал верёвки через мои ноги и удерживал их на бедрах. Весь мой вес приходился на голову и одно плечо. Было больно, когда верёвки врезались в кожу, а лицо в дешёвые грубые простыни.
Затем он провел языком по моему клитору, вибрация его стонов пронзила мой пирсинг, разрушая меня. Слова лились из меня
беспорядочным потоком, когда он позволил мне прижаться к его лицу, его язык ласкал мой клитор, дразня его, а его нос прижимался к моей дырочке. Тяжело дыша и вскрикивая, я разрывалась на части в беспорядке судорог и боли, не сводя глаз с маски, которая смотрела на меня во время моего оргазма. Он лизал меня сквозь нее, впитывая каждую каплю моей жидкости, когда я опустилась обратно, потная и запыхавшаяся.
Твою ж ма…
Он ввел в меня сразу три пальца, заставляя мою киску судорожно сжаться. Теряя равновесие я упала вперед, утопая в простынях.
— Ты возьмешь еще, — прорычал он мне в спину, приподнимая меня и сгибая в неестественной позе с помощью этих веревок, заставляя мою задницу приподняться еще выше.
— Ты возьмешь их все.
— Да, да, да, — захныкала я, покачиваясь на его пальцах… кажется, без перчаток.
Не прекращая вводить их, он снова укусил меня за ягодицу.
— Ты такая вкусная, моя маленькая куколка, — сказал он мне.
— Везде, — его язык вернулся к моей задней дырочке, отвлекая меня, пока он вводил четвертый палец в мою киску. Это было больно, почти невыносимо. Я и раньше пользовалась игрушками, фаллоимитаторами в форме кулака, но никогда не вводила их до конца, всегда кончая раньше, чем у меня появлялась такая возможность. Ну и ладно, я была одна, и единственной целью было кончить, смысл еще напрягаться?
— С тобой так приятно играть, — сказал он, почти про себя, прежде чем прильнуть к моей попке, искусно посасывая дырочку до тех пор, пока я не закричала. Это было так интенсивно, так грязно и разрушительно. Как я могла вернуться к нормальной жизни после этого?
— Хорошая маленькая куколка, покатайся на моем лице, прими каждый палец.
Я так и сделала, покачивая бедрами и скользя задницей по его языку, пока он двигал им, постанывая, рыча и бормоча слова похвалы. Напряжение в моей киске начало ослабевать, мышцы привыкли, и удовольствие вытеснило боль.
— О, черт, — выдохнула я, двигаясь с большей энергией, чтобы повторить его движения. — Хозяин, это… это…
— Знаю, — только и сказал он. — Думаю, ты почти готова.
Моё тело напряглось от одной только мысли, а тепло разлилось по венам. Я отчаянно стонала и умоляла, пока его губы скользили вниз по моему позвоночнику. Чёрт, я хотела видеть его лицо в тот момент, когда он погрузится в меня, хотела увидеть его реакцию.
— Позвольте мне посмотреть, пожалуйста Хозяин. Я хочу видеть ваше лицо, — взмолилась я.
Его зубы вонзились в моё бедро, и я вскрикнула, чувствуя, как кожа лопнула и горячая кровь хлынула из рваной раны. Ноги дрожали, а я зажмурилась захлебываясь в рыданиях, переживая одновременно боль, жжение в бедре и невыносимое растяжение. Когда он ослабил верёвки, они с щелчком разошлись, и я рухнула, отчаянно пытаясь отползти прочь.