Елена Леонидовна, давайте начнём с вас. Вы, как заведующая детским садом, должны знать о своих работниках очень много информации. Помимо того, что вы знаете всё необходимое для их работы, вы ещё общаетесь с этими людьми, соответственно, вы знаете и их личные семейные дела и драмы. Носова Виктория Юрьевна была найдена сегодня в парке. Тело я ещё не видела, поэтому описать, как она выглядела, я не могу. Единственное, что известно, — она мертва, и это точно. Вам нужно подумать и сказать мне, были ли у неё недоброжелатели в коллективе или, может быть, она обидела какого-то ребёнка.Елена Леонидовна подгрузила, она нас, очки посмотрела на меня сквозь окуляры. Что вы такое говорите? Коллектив подбираю. Я лично проверяю каждую девочку полностью, всю их подноготную, как вы выразились. Не только те документы, которые нужны ей для работы, я проверяю, а также окружение, предыдущие места работы. Кого попало на работу я не беру. Замечательно, тогда вы можете мне поведать много о Носовой Виктории Юрьевне. Начнём с того, где она проживала, были ли у неё какие-то конфликты на работе или были ли у неё подруги на данном месте работы. Недавно вздохнула. Жаль вас расстраивать, но здесь всё достаточно просто: дружила она действительно со всем коллективом. У нас в садике работают воспитатели и семь нянь, соответственно, в нашем саду семь групп. Она являлась воспитательницей ясельной группы. Виктория воспитывалась в детском доме. Я вам даже больше скажу: все наши воспитатели воспитывались в одном детском доме, закончили все вместе один институт и пришли к нам на работу.До этого в нашем детском саду работали воспитатели, подошедшие к пенсионному возрасту. Как только пришло время провожать их по очереди на пенсию, я занялась вопросом поиска новых воспитателей. Здесь мне помогла подруга из детского дома: у неё как раз выпускалась группа, которая поступила в институт. Это были прекрасные девушки, которые обучались на воспитателей, но не закончили первого курса. Я предложила им выйти на работу в детский сад, и они с радостью согласились и приступили к работе. За то время, что Виктория работает у нас (а работает она у нас четвёртый год, точнее, работала), никаких вопросов или конфликтов к ней не было. Она очень исполнительная, тихая девочка. Ну что сказать, они все такие, обиженные жизнью и детством, прожившие всю жизнь в нищете в детском доме.Я прервала её на полуслове. То есть, вы хотите сказать, что весь коллектив детского садика детдомовский? — спросила я. Елена Леонидовна приподняла бровь. — Да, все воспитатели из одного детского дома. И, между прочим, очень хорошие воспитатели: выигрывают конкурсы, обучают детей. Многие наши детки перед тем, как пойти в первый класс, уже умеют считать, писать, а некоторые даже читать. Они очень трепетно относятся к деткам и к своим обязанностям. Особенно Виктория Юрьевна — вообще девочка молодец! Помимо того, что она занималась с детками ясельной группы, она проводила с ними все мероприятия. Даже ёлка проходила у нас просто сказочно. Несмотря на то что детки совсем маленькие, было достаточно весело и интересно за ними наблюдать. То есть, как воспитателю, никаких претензий ни с вашей стороны, ни со стороны коллектива либо родительского комитета к ней нет? Я вас правильно понимаю? — Да, всё верно, — ответила Елена Леонидовна и закинула ногу на ногу.Всё это время я, Станиславовна, нервно перебирала подол своего платья, оглядываясь по сторонам. Эта тучная женщина с весьма скверным характером всё время оглядывалась и поправляла свою причёску, теребила платье. Это говорит нам о том, что она очень сильно нервничала. Интересно, почему она нервничает: это из-за того, что мы работаем в полиции, или из-за того, что одна из её коллег умерла? Чего-то она скрывает и боится. Я подумала, что не стоит с ней разговаривать сейчас, она будет врать, так как очень переживает. Оставим её на потом. Я повернулась к ним и улыбнулась: «Вы можете быть свободны, а сейчас спрошу вас пригласить ваших коллег, воспитателей детского сада, по совместительству подруг и выпускницу одного детского дома — нашу убитую Викторию».Мы остались с Максом наедине. Я повернулась к нему и спросила: "Что думаешь, коллега?" Макс всё это время нервно стучал по клавишам своего ноутбука, не задавал ни одного вопроса и не останавливался ни на секунду. Он повернулся ко мне, подсел поближе и показал ноутбук: "Вот, посмотри. Я немного полазил по недрам интернета и Рунета и нашёл немножко информации на заведующую и, конечно же, на методиста. Тут очень много интересной информации — взяточница, одним словом. Причём методистка воспитывает двоих детей одна: её супруг ушёл служить и не вернулся, погиб. Заведующая воспитывает взрослую дочь, она вышла замуж в другом городе, но почему-то вернулась сюда. Она тоже числится в этом детском саду, но сейчас находится в декрете. Сама же заведующая недавно похоронила мать, живёт одна, у неё есть любовник, с которым они вместе уже больше 20 лет. Но, насколько я понимаю, это приходящий-уходящий мужчина, а не постоянный. Немного поговорив, мы решили отодвинуть версию убийства Вики её коллегами в дальний шкаф.Да, ты прав, взять нечего. Свое убийство — это совершенно разные статьи, совершенно разные отрасли. Я не думаю, что человек, берущий взятки или требующий их, сможет попуститься на жизнь человека. А у нас труп. Кстати, ты видела труп? — спросил Максим. Я повернулась к нему. — Что на него смотреть? Трупа нет, еще не видела. Он улыбнулся. — Поверь, тебе нужно на неё посмотреть, ты будешь очень удивлена, увидев её. Такого я ещё никогда в своей жизни не видел, хотя мы с тобой достаточно долго работаем и повидали многое, но с таким сталкиваемся впервые. Только я хотела ему ответить на этот комментарий, как зал начал собираться. Народ проходили воспитатели, одетые достаточно скромно, но хорошо с виду: приличные девушки, причёсанные, никакого кричащего маникюра, макияжа или вызывающей одежды. Приличные девушки с виду, но сейчас мы посмотрим, что творится у них в головах. По ним видно, что они переживают: лица у них заплаканные и горестные, значит, о смерти своей подруги они уже знают.Улыбнувшись, я встала со своего места. Добрый вечер, девушки. Мы не можем сейчас разговаривать с каждой из вас в отдельности, так как вы сегодня пережили большой шок. Давайте поговорим все вместе. Я буду задавать вопросы, и если кто-то из вас может на них ответить, просьба не стесняться и не лгать. Я всё равно узнаю правду, но это просто для вас потом плохо кончится. Давайте будем искренними друг с другом. Для поимки преступников, которые убили вашу коллегу, нам потребуется очень много информации, так как сейчас ни одной зацепки нет, а вы можете очень сильно помочь следствию.Я наблюдала за их реакцией: кто-то неравнодушно смотрел, кто-то высмаркивался в платок и протирал глаза, кто-то сидел спокойно с невозмутимым видом, как будто это его совершенно не касалось. Их реакция поставила меня в тупик, но в то же время я прекрасно понимала, что что-то человеческое может быть не чуждо, так как воспитывали сегодня в детском доме, а там совершенно другие приоритеты и эмоциональный фон. Давайте начнём с того, что я хотела бы узнать, кто является лучшей подругой убитой и кто её недолюбливает. Повторюсь, постарайтесь не врать и отвечать на вопросы искренне и правдиво, чтобы не затянуть процесс поиска убийцы.Однако, услышав мои во