ом направлении и поднимаясь на этаж к шефу, я всё думала обо всей этой ситуации и никак не могла сложить картинку. Мне не хватало очень много деталей, значит, ночи будут бессонными, и мой отпуск уплыл. Теперь мне придётся каким-то способом размотать это дело, оно достаточно сложное только из-за того, что тут работает специалист, не оставляя отпечатков и ДНК.Постучав в кабинет и открыв дверь, я увидела злого шефа. "Вы хотели меня видеть? Что-то случилось?" - поинтересовалась я, глядя на его злое лицо. "Проходи, садись, Александра," - важно сказал он. Я прошла и присела на стул, подняла на него взгляд и попыталась привести его в чувство. "Как вы съездили с женой в отпуск в Питер? Расскажите," - спросила я. Он топнул ногой: "Саша, сейчас не время об этом говорить. Ты мне короче расскажи, как вы умудрились с Максом на пару довести методиста детского сада до истерики. Бедная женщина, мне пришлось вызывать скорую, чтобы успокоить её." Улыбка спала с моего лица. "В смысле, давили? Мы с методисткой даже не поговорили. Она что-то там сидела, мяла платье, смотрела по сторонам. Мы не задали ей ни одного вопроса, а она сама не горела желанием нам что-то рассказывать или влазить в разговор между мной и директрисой. Мы планировали поговорить с каждым наедине, но чуть позже они все молчали, как рыбы. Ни одна не произнесла ни единого слова, даже не поздоровались."У меня на столе лежит заявление заведующей детским садом Бычковой Елены Леонидовны, где указано, что вы довели её сотрудников до нервного срыва. Одной из них, в частности методисту Олейниковой Яне Станиславовне, вы довели до нервного срыва, и сейчас она находится в больнице. Непонятно, когда стабилизируется её состояние. Она просит, чтобы её сотрудников не вовлекали в это дело. Смерть данной девушки, сотрудницы воспитательницы ясельной группы Носовой Виктории Юрьевны, произошла не на территории детского сада, а в её личные выходные. Она просит не трогать её сотрудников, ведь будет некому работать. Честно говоря, я с ней солидарен. Судя по тому, что она предоставила нам в письменной форме документально заверенные показания всех своих сотрудников, где они расписывают свои отношения и отношения родителей между ними и Викторией Юрьевной, я не вижу никакого смысла их ещё раз допрашивать. Показания имеются, приложите их к делу и двигайтесь дальше. Не стоит больше их трогать.А мне кажется, что наоборот, нужно всех обязательно опросить только в одиночку и желательно не на территории детского сада. Вам не кажется это достаточно странным? Как только мы уехали, появились письменные ответы на наши вопросы, а также заявление директрисы, что она запрещает нам с ними разговаривать. Там что-то кроется, какой-то секрет, какая-то загадка, или наоборот, ответ на вопрос, почему же была убита Носова Виктория Юрьевна. Всё это как-то очень странно, на мой взгляд. Тем более, я слышала, что Станиславовна находится в больнице с нервным срывом. Это не из-за того, что погибла её сотрудница, там что-то не так.Что-то во всём этом меня дико напрягает. Я попрошу Макса, чтобы он достал мне досье полное обо всех участниках событий, а также обо всех работниках детского сада. Мне кажется, разгадка таится именно в этом детском саду, что-то с ним не так. Я не понимаю, что, но мне не даёт спокойствия это. Яна Станиславовна, и мне обязательно нужно с ней поговорить. Шеф, давайте распоряжение, разрешите мне это сделать, или я это сделаю, но без вашего разрешения. Вы же знаете, в любом случае допросить их всех нужно. Да, кстати, я тебя вызвала не только для этого. Если в течение недели мы не размотаем это дело, из Москвы к нам прибудет следователь, который поможет нам раскрыть это дело, и, как ты понимаешь, все лавры уйдут в Москву, а не к нам, а нам только настучат по башке. Так что я прошу тебя до конца недели постарайся разобраться с этим делом, ты же ещё не такой разматывала, ты всё сможешь. Я в тебя верю. Улыбнулась шефу. А так вот для чего вы меня вызывали. Ну ладно, будем стараться, но вы должны мне помочь и разрешить всех допросить.Делай то, что считаешь нужным, только прошу тебя, докладывай мне каждый свой шаг, чтобы я мог тебя где-то отмазать, где-то прикрыть. Я встала и пододвинула стол на место. Спасибо, шеф, я поехала. Выйдя из кабинета и прикрыв дверь, я выругалась: надо же, какая хитрая! Она думала, что сможет меня заткнуть, но не тут-то было. Кто там у нас на очереди? Я набрала Макса и потребовала от него полное досье сегодня же вечером. Посмотрев на часы, я засмеялась: интересно, сегодняшний день заканчивается через 40 минут, успеет ли Максим добыть всё, что мне нужно, или нет? А я успею добраться до дома и принять душ, может быть, даже что-то перекусить. Сегодня я лишь пила кофе и завтракала, нужно по пути купить еды. Доехав до гастронома, я зашла и закупилась уже готовой едой, её осталось только подогреть, а также купила банку кофе и несколько пачек сигарет — это мне пригодится намного больше, чем еда. Приехав домой и поставив греться ужин, я отправилась в душ, как запиликал мой телефон.Я выключила воду и, стоя под душем, ответила: «Да, Макс, я же просила прислать на почту, а не звонить мне во втором часу ночи! На том проводе кто-то подавился. Не, ну Саша, ты совсем обновляла? То срочно достань информацию, то чего ты звонишь ночью? Неужели ты спишь? Я сильно в этом сомневаюсь».