– Угомонись, дуреха, – шепнул ей Трей на ухо, улыбнулся во весь рот и уже громким голосом поздоровался: – Эй! Привет! Готова покорять математику?
– Я вообще-то участвую в олимпиаде по истории, – улыбнулась ему девушка. Они последнее время мало общались.
– Ясно. Ну что ж, желаю удачи! – Трей достал из рюкзака книгу и уткнулся в нее носом, давая понять, что не намерен вести светские беседы.
Ингрид разочарованно и укоризненно покосилась на него, но ничего не сказала.
Дорога оказалась длиннее, чем ее помнила девушка. То ли от перевозбуждения, то ли от осторожности водителя, везущего целый автобус детей, они добирались, казалось, целую вечность.
Попросив поменяться местами с сидящей у окна тоненькой незнакомой девушкой в чрезмерно большом колючем сером пальто и вязаной шапке, спадающей ей на глаза, Ингрид уткнулась лбом в холодное стекло и стала смотреть на бело-серые поля, пропадающие за пеленой, оставляемой на окне ее дыханием.
Через пятнадцать минут лоб онемел от холода, и она отпрянула от стекла, растирая его теплыми пальцами. Девушка обернулась на Трея, убедилась в том, что тот все так же увлеченно делает вид, что читает, и, закинув ноги на выступ от заднего колеса у стенки автобуса, свернулась калачиком лицом к окну и задремала.
Проснулась она от толчка. Автобус остановился так резко, что она не удержалась и скатилась вниз по сиденью, колени ее чуть не оказались выше головы, а шею больно заклинило. Упасть ей не дала хрупкая девушка в колючем пальто, вовремя подставившая свою острую коленку под ее грозящий шмякнуться вниз зад.
Ингрид улыбнулась ей и пробормотала что-то вроде «спасибо», на что получила ответную улыбку и, кажется, нечто вроде «пожалуйста».
– Эй, дуреха, вылезай, приехали, – Трей Портер протянул руку подруге, пытавшейся подняться повыше на скользком сидении и сладить со своими длинными от природы ногами, запутавшимися в подоле пальто и вязаном темно-синем шарфе.
Ингрид ухватилась за потную ладошку, как за спасительную соломинку, и, дернув слишком сильно, повалила Трея, не ожидавшего такого поворота событий, на себя. Повезло, что хрупкая девушка уже успела убежать из автобуса, как и все остальные, и никто не увидел этого копошащегося и путающегося клубка из рук и ног.
– Ну, ты как обычно, – Трей наконец-то поднялся и, расставив шире ноги для устойчивости, выдернул ее из ловушки.
– С… Спасибо, Трей, – выдохнула девушка, пытаясь придать себе приличный вид.
– Почему от тебя всегда одни неприятности? – риторически пробормотал Трей и, подхватив свой рюкзак, пошел, пошатываясь, между рядами сидений. Ингрид схватила свою сумку и выбежала вслед за ним.
Неподалеку от автобуса стояла толпа детей, ожидающих информацию по расселению в домики. С ними должны были ехать учителя из нескольких школ и кто-то из администрации. Протиснувшись вперед, Ингрид хотела было выкрикнуть свою фамилию, чтобы услышать номер домика, но осеклась – прямо напротив нее стоял Теодор Шеффер, районный специалист по трудным подросткам. Он тоже увидел ее, но, на ее удивление, отреагировал спокойно, как будто она не была у него учете и как будто было вполне нормально, что ее разрешили отправить на олимпиаду вместе с другими детьми. К этому приложил руку кто-то из Посторонних.
– Ингрид, верно? – выкрикнул ее имя мистер Шеффер, ведя пальцем по списку имен. – Твой домик номер пятнадцать. Ты живешь с Дарсией Кларк и Триффани Боуэн. Они уже получили ключи, держи, вот твоя копия. И подойди ко мне после того, как обустроишься. Я буду в здании столовой. Спроси меня, тебе подскажут.
– Да, мистер Шеффер, – пробормотала девушка, выхватила у него ключи и почти бегом кинулась к домику. Ей почему-то хотелось убежать от его снисходительной улыбки. Казалось, что он видит ее насквозь и знает, зачем на самом деле они все сюда приехали.
Дарсия Кларк оказалась грузной широкоплечей девушкой с длинными тонкими волосами, стянутыми в хвостик толщиной с мизинец, и большим носом-картошкой. Она сухо поздоровалась, крепко пожала руку новоиспечённой соседке и стала раскладывать свои вещи в тумбочку у кровати, стоявшей прямо у окна.
– Триффани Боуэн, – тихий голосок выдернул Ингрид из раздумий. Обернувшись, она увидела ту самую девушку, рядом с которой сидела в автобусе.