Ее жизнь никогда не будет прежней, даже когда она вернется домой. Но если бы она знала, на что эта жизнь ее толкнет, она, возможно, предпочла бы остаться в старой.
***
Ингрид проснулась от звонка. Звонили так настойчиво, что это невозможно было проигнорировать.
Где-то вдалеке раздались шаги Уилла и его сонный голос.
Поворочавшись в постели, тщетно пытаясь уснуть вновь, девушка ощутила, как ее вдруг пронзила мысль о том, что она не дома, что рядом Уилл, что она находится в тайной Подземке, месте, о котором до недавнего времени она и не слышала.
На мгновение Ингрид застыла в нерешительности, пытаясь понять, что она чувствует. Сначала это однозначно было возбуждение от неизвестности и легкая тревога – что будет дальше. Потом ей вспомнилось, как она мечтала о том, что увидит все своими глазами, будет иметь возможность оценить разнообразие текстур и цветов. И сейчас это все вот-вот должно было исполниться. Еще через секунду девушку пронзило воспоминание о недавней тревоге, злости, страхе, сопровождающих ее с тех пор, как она познакомилась с этим незнакомым пока для нее миром.
Да, она определенно не хотела бы полностью погружаться в этот мир и тем более оставаться тут. Но попробовать его на вкус, как будто пригубить слегка, – было бы в удовольствие.
Девушка подскочила на кровати и чуть не упала, запутавшись в мягком, как пух, одеяле, впопыхах умылась и оделась в костюм, любезно предложенный ей хозяином. Подойдя к двери, она прислушалась – не хотелось являться неожиданно перед знакомыми Уилла, неизвестно, хотел бы он, чтобы кто-то знал о ней или нет.
Пританцовывать у двери гостевой комнаты Ингрид пришлось минут пятнадцать, пока не раздался звук захлопывающейся двери. Девушка молниеносно вылетела в коридор, испугав хозяина, и начала свои ритуальные танцы вокруг него.
До конца не понимая, что от него хотят, Уилл послушно скрылся за дверьми своей комнаты и вернулся оттуда через пятнадцать минут, одетый в синие джинсы и мягкий светло-серый джемпер. Она невольно залюбовалась молодым человеком – все-таки, по ее мнению, он был чрезвычайно хорош, даже в столь раннее, как она думала, время, после бессонной ночи.
– Ну, мы идем? Идем ведь, да? – продолжала пританцовывать вокруг него его гостья – ей не терпелось и скрывать это она была не намерена. Не в ее это было правилах.
– Пошли, пошли, – засмеялся молодой человек и подтолкнул неугомонную гостью к двери.
По коридору Ингрид почти бежала, периодически останавливаясь в ожидании своего спутника. Зайдя в лифт, Уилл нажал на кнопку второго этажа, и они поехали вниз.
Она считала секунды и этажи.
Тринадцать.
Двенадцать.
Одиннадцать.
В голове проносились мысли о том, что сегодня ее жизнь изменится и никогда не будет прежней. Сегодня она попадет в новый мир, о котором не только никогда раньше не мечтала, пока не попала в компанию Посторонних, но даже выступала резко против, насмотревшись на непростые отношения представителей шоу КУБ.
Восемь.
Семь.
Шесть.
Пять.
У Ингрид свело горло от переживания, и она стала хватать ртом воздух, как выброшенная на берег рыба. Не затянет ли ее этот новый мир? Не станет ли для нее привычкой действовать не по правилам, а по велению своей ярости или злобы?
Три.
Два.
Двери лифта распахнулись, и девушку оглушили звуки, льющиеся со всех сторон.
Откуда-то слышалась приятная тихая музыка, окутывающая как теплое одеяло в морозную ночь. Несмотря на то что на улице была зима, здесь температура казалась комфортнее, чем когда-либо ощущала девушка, – не было ни жары от солнца, ни ветра, ни потоков воздуха от кондиционеров, ни леденящего кожу холода.
Слева доносилось нечеткое стрекотание проезжающих мимо них людей на странных приспособлениях, представляющих из себя большое колесо, зажатое между ног.