Она скорее почувствовала, чем увидела, как сзади к ней подошел Уилл, хотя она старалась держать его в поле зрения, пока оглядывала обстановку.
– Не стоит девушке гулять одной по темноте, – знакомый шепот щекотал затылок.
– Сегодня я не одна, – девушка вытерла вспотевшие ладони о царапающую кожу ткань свитера и обернулась. – Привет, Уилл.
– Привет, Ингрид, – ухмыльнулся молодой человек. От него пахло сигаретами и немного вином.
– Не знала, что ты куришь, – поморщилась девушка и сделала шаг назад.
– Не курю, – Уилл сложил руки на груди и, ухмыляясь, смотрел на нее.
Она вдруг захотела повторить этот жест, поймала себя на этой мысли и неловко обхватила плечи руками. Уилл был все такой же, каким она его помнила. Разве что это странное выражение глаз сейчас не просто мелькало, как прежде, а твердо сверкало в казавшихся черными глазах.
– Не куришь? – переспросила она и поежилась, хотя ей не было холодно.
– Балуюсь, – улыбнулся молодой человек, и взгляд вдруг стал мягким и как будто ласкающим.
Ингрид вздрогнула. Ей никак не удавалось привыкнуть к этой метаморфозе, которую она наблюдала уже не один раз. Ни привыкнуть, ни понять.
Уилл опустил руки и приблизился к ней почти вплотную, провел ладонью по ее руке и опять отошел на шаг назад, как будто почувствовав ее холодность.
– А ты изменилась, Ингрид Прим.
– Изменилась? – нервный смешок ее выдал. – Как же?
– Мне кажется, ты приняла какое-то очень важное решение. – Взгляд вновь стал холодным.
– О чем молчат твои глаза, Уилл? – вдруг неожиданно даже для себя спросила девушка.
Уилл рассмеялся. Его смех прокатился сначала до леса, отразился от деревьев и полетел куда-то в поле, стремясь дотянуться до озера и его холодной глади, подсвеченной светом луны. Молодой человек подошел к ней, приобнял ее за плечи и положил подбородок ей на макушку. Как будто хотел спрятаться от самого себя.
– Мне нравится твоя прямота. Она… как обжигающий контрастный душ – отрезвляет, знаю, что полезна, но невыносима в больших количествах.
– Невыносима? – Ингрид попыталась отстраниться.
– Сложно отвечать на такие прямые вопросы. Поэтому они хороши лишь в малых количествах, – объяснил он и еще сильнее прижал ее к себе, пока она не перестала сопротивляться его рукам.
– Сложно тому, кто старается что-то скрыть, Уилл, – парировала девушка, смирившись и расслабившись в теплоте его тела.
– Ты сама отвечаешь вопросом на вопрос. Я спросил, что за важное решение ты приняла. А ты не ответила.
– Ты не спросил. Ты это просто озвучил, Уилл. Но если ты и спросишь, я не смогу тебе об этом рассказать.
– Что так?
– Я сама не знаю, о чем это. Просто… Просто чувствую, что что-то изменилось. Во мне. В тебе. Во всем моем мире. Может быть, изменилось что-то и в твоем?
– В моем все так же. Тачки, шмотки, выпивка и куча вкусной жратвы. В таком мире ничего не меняется, Ингрид, – девушка не видела, но была готова поклясться, что глаза у него потухли.
Какое-то время молодые люди стояли молча, думая каждый о своем, как будто танцевали какой-то им одним известный танец, только без музыки и без движения.
Неизвестно, сколько бы они могли так стоять, если бы из тени своего джипа не вынырнул Рой вместе с Дарсией и не прервал их уединение.
– Эй, голубки. Хорош уже.
Ингрид нахмурилась и отстранилась от молодого человека. Рой и Дарсия стояли рядом, одетые в одинаковые темные костюмы. Только сейчас она обратила внимание, что на Уилле был точно такой же костюм.
– Мы будем дела делать или сопли тут разводить? – «Мадлена», – поморщилась Ингрид. Ей не нужно было оборачиваться, чтобы узнать ее голос, донесшийся из третьей машины, напичканной смеющимися головами. – У нас мало времени.
– Мадлена, рада тебя видеть, – с абсолютно равнодушным лицом обернулась к девушке Ингрид. Да, она любила быть честной и прямой, как ее вопросы. Пусть не в словах, так во взгляде.
– А уж как я рада.
На девушке был облегающий темный костюм. В отличие от Дарсии, она не стала надевать мешковатые, почти мужские брюки и бесформенный свитер.
Спустя минут десять, когда все согласились на том, что им нужно отъехать подальше в лес, чтобы не светиться на кромке поля, три машины тронулись с места.