Ну вот сама не выдержала и позвонила.
– Привет, дорогая, я рад твоему звонку! – ответил я весело и не очень трезво.
По-видимому, мой фривольный тон покоробил заведующую детским садом.
– Мы разве с вами на «ты», Игорь Степанович? – промолвила Быстрова тоном женщины, чья гордость уязвлена.
Да, правда, что-то я расфамильярничался с работодателем. Я помахал ладошкой, показывая сидевшей на мне в позе наездницы актрисе, чтобы спешивалась. Нина не очень охотно соскользнула с меня и прилегла рядом.
– Вы нашли шкатулку? – сухо и официально произнесла заведующая детским садом, видимо, решив, что я, нахал такой, забыв о деле, пьянствую и веселюсь. – Вы знаете, Игорь Степанович, сегодня прилетел Сергей Николаевич Варламов, заместитель мэра, и он сразу же позвонил мне, поинтересовался шкатулкой. И-и… поскольку шкатулки у меня на руках нет, я была вынуждена признаться ему в том, что произошло. Он очень хотел бы с вами встретиться. Вам есть что ему сказать?
– Есть, конечно, – произнес я, силясь говорить трезвым голосом. Я решил не томить дальше молодую женщину и заявил: – Не волнуйтесь, Наталья Александровна, шкатулка с диадемой у меня.
– Это правда?! – не поверила своим ушам Быстрова, очевидно, приняв мое сообщение за пьяный треп.
– Ну, вам поклясться, что ли? – промычал я, отбиваясь от назойливо лезшей ко мне под простыню шаловливой ручонки Нины. – Извините, ха-ха, но я сейчас не в состоянии приехать к вам с диадемой на голове и со шкатулкой под мышкой.
– Я это понимаю, Игорь Степанович, – ухмыльнулась заведующая детским садом и наконец-то сменила гнев на милость: – Хорошо, я жду вас завтра к девяти часам утра вместе со шкатулкой и диадемой в детском саду в своем кабинете. Туда же приедет и Сергей Николаевич. До скорого свидания.
– Гудбай! – сказал я, а после того, как нажал на кнопку «отбоя» на мобильном телефоне, добавил: – Беби!
Нину мой разговор с заведующей детским садом тяготил. Она, вся такая растрепанная, разгоряченная, раскрыла мне объятья. Я положил мобильник на тумбочку, приподнялся и рухнул в них.
Развязка
На следующий день ровно в девять часов утра я, небритый, поскольку в ванной Нины кроме станка для бритья ног иной бритвы не нашлось, помятый, распространяющий вокруг себя запах перегара, который не удалось заглушить ни чисткой зубов, ни опрыскиванием рубашки какой-то женской туалетной водой, чувствуя противную похмельную слабость во всем теле, вошел в двери детского сада «Теремок». В одной руке я держал пакет со шкатулкой с диадемой, на другой у меня повисла Нина, которая после прошедшей разгульной ночи чувствовала себя ничуть не лучше, чем я. Вдвоем мы прошествовали мимо охранника, дежурившего в этот день пышноусого ковбоя Андрея к кабинету Быстровой и постучали в дверь.
– Войдите! – раздался мелодичный женский голос заведующей детским садом.
Мы с Ниной открыли дверь и вошли.
– Здрасьте! – поздоровался я, пропуская вперед себя Нину.
Быстрова сидела на своем рабочем месте, одетая в свой неизменный белый халатик. Кроме нее в кабинете на диване сидел одетый в строгий темный костюм сухопарый мужчина лет пятидесяти. Внешность у него была благородной. Умные живые глаза, прямой нос, жесткие складки в уголках четко очерченных губ, чуть выступающие скулы, твердый подбородок, стриженные под «ежик» волосы с заметной сединой. Должно быть, он и есть заместитель мэра Сергей Николаевич Варламов.
«Так вот какие вы, любовники хорошеньких заведующих детскими садиками!» – усмехаясь, подумал я, прикрывая за собой дверь.
При нашем появлении заместитель мэра не только не привстал, даже не поздоровался. Оно и понятно, кто мы для него? Обслуживающий персонал. Но я не обиделся – у каждого свой взгляд на окружающих и свое отношение к ним. Кто как воспитан.
Быстрова же любезно сказала:
– Здравствуйте! Проходите, пожалуйста, Игорь Степанович! – Она с некоторым недоумением и вопросительно уставилась на мою спутницу.
– Это Нина Андреевна Стороженко, – вступился я за свою подружку, которой, как мне показалось, грозит выдворение за пределы кабинета Быстровой, чего бы мне не хотелось – как-никак, свой человек, все же пусть слабая, но поддержка в беседе с таким большим человеком, как заместитель мэра. – Вы же помните, Наталья Александровна, она актриса. Нина Андреевна была в составе театральной группы, что выступала в детском саду со спектаклем в тот самый злополучный день, когда произошла кража, – стал пояснять я скорее сидевшему на диване мужчине, чем Быстровой, ибо, как мне показалось, он здесь был хозяином положения. – Стороженко принимала непосредственное участие в розыске драгоценностей и помогла отыскать их. Так что она в курсе всех событий и, вполне возможно, ее объяснения могут потребоваться.