— Надо проверить, — буркнул я. — Вали на улицу.
— Зачем?
— Тест на поводок. Иди к квадрику. И дальше. Посмотрим, когда ты оглохнешь.
Катя хмыкнула, поправила куртку и вышла под дождь. Я переключился на её зрительный нерв. Картинка пока была четкой — PING: 2ms.
Она прошла мимо трупов. Сапоги чавкали. Дошла до квадрика. Это метров пятьдесят от входа.
— Слышишь меня? — спросил я.
— Слышу, не ори, — отозвалась она. Голос чистый.
— Иди дальше. В лес.
Она пошла.
Тридцать шагов от квадрика.
PING: 15ms. Появился легкий «шум» на картинке, как зерно на старой пленке.
Сорок шагов.
PING: 48ms. Звук начал чуть плавать, но терпимо.
Она дошла до кустов.
— Стой! — скомандовал я.
Она остановилась.
— Ну? — она обернулась. Я видел бункер её глазами — черная пасть в холме.
— Нормально. Иди дальше. Вглубь.
Катя пожала плечами и нырнула в мокрые ветки.
Пятьдесят шагов. Шестьдесят. Квадрик был между ней и бункером. Сигнал начал сыпаться. Картинку рвало на пиксели. Аудиоканал трещал статикой.
[WARNING] CONNECTION UNSTABLE (ВНИМАНИЕ НЕУСТОЙЧИВОЕ СОЕДИНЕНИЕ)
— Катя! — позвал я. — Прием! Как слышно?!
Она шла. Не останавливалась.
— Катя, стоять! — рявкнул я. — Я теряю пакеты!
Ноль реакции. Она просто брела вперед, раздвигая ветки. Она прошла семьдесят шагов от квадрика. Остановилась и медленно повернулась к бункеру. Я видел её смутно, через пелену помех.
— Ты слышишь меня?! — заорал я. — Отвечай, дрянь!
Катя смотрела точно в сторону входа. Потом медленно подняла руку. Сжала кулак. И выставила средний палец. А потом развернулась и пошла дальше. В лес. У меня внутри всё похолодело.
— Ты куда?! — взвизгнул я. — СТОЯТЬ! НАЗАД!
Она удалялась.
Восемьдесят шагов. Картинка превратилась в кашу.
Девяносто.
Она уходит! Она реально уходит! Сейчас сигнал оборвется, и она исчезнет. С моими ногами, с моим шансом на жизнь. Она просто бросит меня гнить здесь!
Меня накрыла настоящая, истеричная паника.
— Verdammte Scheiße! Bleib stehen, du dummes Stück Dreck[16]! — заорал я, переходя на родной немецкий, забывая про перевод. — Komm sofort zurück! Ich bringe dich um! Ich röste dein Gehirn, hörst du[17]?!
Сто шагов.
SIGNAL LOST… (СИГНАЛ ПОТЕРЯН…)
Нет…
RECONNECTING… (ПЕРЕПОДКЛЮЧЕНИЕ…)
Есть контакт! Слабый, на грани фола.
Она остановилась.
Я видел, как она замерла. Постояла секунду. И медленно, неспешно пошла назад.
Я замолк. Вентиляторы охлаждения гудели на пределе. Она приближалась. Картинка прояснялась. Помехи уходили. Вот она вышла из кустов. Прошла мимо квадроцикла. На её лице играла ехидная злая ухмылка.
— Что, консерва? — сказала она вслух. — Испугался? Думал, уйду и брошу тебя тут куковать?
Она пнула колесо квадрика.
— А зря… Я не такая сука, как ты.
Она зашла в бункер. Стряхнула воду с капюшона.
Я молчал. Переваривал.
Она подошла к камере.
— Я тебя слышала, — сказала она спокойно. — Еще сорок семь шагов после того, как ты начал истерить. «Я поджарю твой мозг»… Слышала каждое слово. Сигнал там отличный, Глитч. Лес редкий.
Меня перемкнуло.
— Какого хера?! — прорычал я. — Какого хера ты молчала?! Я чуть систему не крашнул!
Катя улыбнулась. Широко, показывая зубы.
— Позлить хотела, консерва. Чтобы ты понял, каково это, когда тебя игнорят.
Она села на пол.
— Ладно. Тест пройден. Сигнал добивает далеко. Но в лесу, за холмом, точно пропадет. Так что давай свой «план Б».
Я смотрел на неё.
Маленькая грязная дрянь. Она меня сделала.
— Gut, — процедил я. — Ты победила. Дистанционка — риск. Я иду с тобой.
— Ты? — она скептически оглядела серверную. — Ножки отрастил?
— Мне нужен носитель. Доставай телефон.
— Какой? Этот? Лысого?
— Нет. Этот — мусор с закладками. Доставай свой. Личный.
Катя инстинктивно прикрыла карман рукой.
— Эй… Это личное!
— Катя! У нас таймер тикает! Доставай!
Она, ворча под нос проклятия, выудила из кармана гаджет.
Я посмотрел через камеру.
— Огo… — вырвалось у меня.
Это был не гламурный свиток. Это был настоящий, суровый гаджет под названием «Ратник М-3». Гражданская конверсия армейского тактического терминала. Толстый корпус в черно-зеленой резине, экран под бронестеклом, заглушки на портах. Тяжелый, надежный, неубиваемый.
— Откуда такая роскошь? — спросил я. — Почему с таким ходишь?
— От отца остался, — буркнула она, сжимая «кирпич» в руке. — Он сталкером был. Пока не исчез.
— Включай.
— Там пароль… И вообще…
— Включай, сказал! Мне нужно оценить железо.
Она нажала кнопку. Экран вспыхнул.
— Процессор «Эльбрус»? Память кристальная? — я быстро сканировал спецификации через подключение к локальной сети, которую она (слава богу) не отключила. — Слушай, да это же танк! Тесновато, конечно, после серверной, но жить можно.