— Ворота! — крикнула Катя. — Тормозить?!
Расстояние — тридцать метров. Скорость — километров десять в час. Вес — двадцать тонн.
— НЕТ! — скомандовал я. — ГАЗ В ПОЛ! ТАРАНЬ!
— Мы разобьемся!
— Это КАМАЗ, дура! Это танк! Если остановишься — нас расстреляют как в тире! Жми!
Она зажмурилась. И вдавила педаль в ржавый пол. Дизель взвыл, выбрасывая клубы копоти. Машина дернулась, набирая инерцию.
Двадцать метров.
Пули продолжали цокать по цистерне. Я молился своим цифровым богам, чтобы оболочка выдержала. Дизель не взрывается от искры, но если пробить бак, мы потеряем груз.
Десять метров.
Ворота приближались, заполняя всё лобовое стекло.
— Держись! — крикнул я.
УДАР.
Мир вздрогнул.
Скрежет раздираемого металла был таким громким, что у меня перегрузились аудиофильтры. Бампер врезался в стык створок. Секунда сопротивления. Петли затрещали. Засов лопнул с пушечным выстрелом. Левая створка слетела с петель и отлетела в сторону, крутясь в воздухе. Правая погнулась, скребя по борту грузовика. Искры дождем посыпались на асфальт.
Мы прорвались.
Грузовик вылетел за периметр, подпрыгнув на ливневке. Колеса ударились об асфальт дороги. Катя боролась с рулем, пытаясь удержать виляющую махину.
— Вторая! — командовал я. — Переключай на вторую! Уходим!
Она нашла на панели кнопку «четыре». Автомат заработал на полную. Сразу переключился на третью передачу. Скорость поползла вверх.
Позади, в проеме выбитых ворот, метались фигурки людей. Вспышки выстрелов стали реже. Они поняли, что из автоматов танк не остановить.
— Spiegel[28], — сказал я. — Глянь в зеркало.
Катя кинула быстрый взгляд в разбитое боковое зеркало.
Там, во дворе, зажигались фары.
Джипы. Багги.
— За нами хвост, — выдохнула она. Голос дрожал, срывался на истерику. — Они едут…
— Пусть едут, — я чувствовал странное, злое удовлетворение. — Мы украли бомбу на колесах, детка. И теперь мы поиграем в гонки.
— Куда?!
— В лес. На грунтовку. Там они на своих пузотерках сядут, а мы пройдем.
— Я не умею… Я не раллист!
— Учись. Прямо сейчас. Жми газ!
Она вдавила педаль.
Я зафиксировал падение давления в третьей секции — пробитый борт истекал соляркой. Оранжевый монстр с ревом устремился в темноту, унося нас от верной смерти в туманное будущее.
__________
[23] Leise — Тише (нем.)
[24] Halt — Стоп (нем.)
[25] Weg — Ушел (нем.)
[26] Weiter — Дальше! (нем.)
[27] Kopf hoch — Выше голову (нем.)
[28] Spiegel — Зеркало (нем.)
Глава 7
КАМАЗ ревел с первобытной силой, как огромный раненый зверь.
Стрелка спидометра плясала у отметки 80 км/ч. Для современной машины это смех, для груженого наливняка на лысой резине и разбитом асфальте — самоубийство.
Кабину трясло так, что у меня сбивалась калибровка гироскопа. Катя вцепилась в руль мертвой хваткой, костяшки побелели. Её швыряло из стороны в сторону на каждой яме, но она держала курс.
— Schneller! Быстрее! — подгонял я.
— Куда быстрее?! — визжала она, перекрикивая вой ветра, врывающегося через разбитое стекло. — Он сейчас развалится!
— Не развалится. Советский чугун. Смотри на дорогу!
Я переключился на датчики давления.
Новости были дерьмовые.
[ALERT] TANK PRESSURE: DROPPING (-0.8 BAR/MIN)
Пули пробили обшивку цистерны. Не сильно, но дыры были. Драгоценная солярка — кровь для моего «Большого» — хлестала наружу, оставляя за нами жирный, маслянистый след на мокром асфальте. Мы теряли груз.
— Мы течем, — сообщил я сухо. — Каждая минута стоит нам литров десять топлива.
— Мне выйти и пальцем заткнуть?! — огрызнулась она.
Я глянул «назад» через зеркало. Катя косилась в него каждые две секунды.
Фары.
Две пары. Яркие, злые, галогеновые глаза хищников. Они не отставали.
Первый — низкий, широкий силуэт. Багги. Сварен из труб, подвеска длинноходная. Он прыгал по ямам, как кузнечик, сокращая дистанцию.
Второй — что-то легковое. Старый седан, судя по фарам. Отставал, но не сдавался.
— Они догоняют! — паника в голосе Кати нарастала. — У них стволы!
— Спокойно. У нас есть преимущество.
— Какое?!
— Вес. Мы можем их толкнуть, и они улетят в кювет как бильярдные шары.
Я активировал модуль радиоперехвата в «Ратнике».
Сканер пробежался по частотам. 433 МГц. Стандартные гражданские рации. Эфир ворвался в мой аудиоканал треском и матом.
— …Колян, не отставай! Жми! — голос искажен помехами, но истерика слышна отчетливо.
— Да не едет она быстрее по этим кочкам! — ответ с седана.
— Багги, заходи слева! Прострели ему скаты! — это, видимо, старший группы.