Она не стала мелочиться. Подогнала «Буханку» задом прямо к воротам склада. Нашла шланг, подключила к бочке с надписью «АИ-92».
— Лей, — скомандовал я. — В оба бака. До отсечки.
Она работала молча. Ручной насос чавкал, перегоняя топливо. Стрелка на приборной панели медленно ползла вверх, к заветной букве «П».
— Глитч, — позвала она, вытирая пот со лба грязным рукавом.
— Да?
— А «Псы»? Барон сказал, что вызвал их. Может, блефовал?
— Блефовал он или нет — неважно. Важно, что мы исчезнем до того, как кто-то появится на горизонте.
— А если они перехватят нас на трассе?
— У нас полный бак, автомат и наглость. Прорвемся.
Баки были полны. Но я не собирался останавливаться.
— Теперь тащи канистры. Все, что найдешь. Ставь в салон.
— Куда столько? Мы же не танкер!
— Пустошь большая, заправок там нет. Бензин — это валюта и жизнь. Грузи.
Катя, кряхтя, затащила в салон четыре двадцатилитровые канистры. В машине приятно запахло нефтепродуктами. Божественный 92 был просто эталоном. «Шанель №5» по сравнению с ним тихо курил в сторонке. Аромат свободы на ближайшие километры пути.
— Теперь еда, — продолжил я. — Проверь бытовку охраны. Забери всё: консервы, воду, спички.
— Я мародер, — усмехнулась она криво.
— Ты выжившая. Это их налог за беспокойство.
Она сбегала в будку охраны, прихватив с собой пакет, который нашла на полу боевой машины. Вернулась с полным пакетом пайков и блоком дешевых сигарет. Бросила все это на пассажирское сиденье. Рядом лежала какая-то коробка. Она вытряхнула содержимое на землю, а в нее сгрузила содержимое карманов.
Теперь мы были готовы. Машина заправлена, вооружена и упакована.
Катя обошла УАЗ кругом, пнула колесо, проверяя давление.
— Ну что, корыто? — сказала она машине. — Не подведи!
— Садись, — скомандовал я. — Хватит разговоров с железом. Дорога ждет.
— Ревнуешь, консерва? — усмехнулась она.
Она забралась в кабину. Теперь это была не просто чужая угнанная колымага. Это была её крепость. Побитая, воняющая бензином, но своя.
Она повернула ключ. Мотор завелся с пол-оборота, сыто урча полными баками. Вибрация пробежала по кузову, но теперь она казалась не предсмертной судорогой, а дрожью нетерпения.
— Куда? — спросил она, кладя руки на руль.
— На север. На трассу А-452.
— К Цитадели?
— К началу пути.
Катя включила передачу. «Буханка» тронулась, переезжая через брошенный у ворот остов легковушки, и выкатилась за пределы базы.
Ворота остались открытыми. Внутри остались трупы, разруха и прошлая жизнь Кати.
Впереди была серая лента дороги, уходящая в туман.