Он прет на неё буром. Пространства для маневра нет — сзади стена бункера.
Катя безоружна.
Система воет от перегрузки. Синхронизация падает — 9%. Шум в канале такой, что я её еле чувствую.
Прямой контроль невозможен.
Осталась только физика и геометрия.
Я сканирую Лысого.
Вес — около 110 кг. Центр тяжести смещен вперед (замах битой). Поверхность под ногами — глина, коэффициент трения минимальный.
Решение есть.
— Стой на месте, — приказываю я спокойным, ледяным тоном.
— Он убьет меня! — визжит она мысленно.
— СТОЙ. НА. МЕСТЕ. Жди команды.
Она замерла. Вжалась в стену.
Лысый с ревом заносит биту для финального удара. Он уверен, что она никуда не денется.
Он разгоняется. Три шага. Два.
Бита идет сверху вниз. Смертельный номер.
Я вывожу перед её глазами таймер обратного отсчета. Красные цифры прямо в воздухе.
3… 2…
— Глитч!!! — орет она.
Лысый уже в метре. Я вижу гнилые зубы в его оскале. Вижу ржавчину на гвоздях биты.
1…
0.
— ПАДАЙ! — крикнул я.
Она рухнула.
Резко, как подкошенная. Просто поджала ноги и мешком свалилась в грязь.
Лысый вложил в удар всю инерцию своего тушняка. Бита со свистом прорезала воздух там, где секунду назад была её голова.
Остановиться он уже не мог. Инерция потащила его вперед. Сапоги поехали по скользкой глине.
Он влетел лицом прямо в бетонную стену.
БАМ!
Звук был влажный, хрустящий. Как будто арбуз уронили на асфальт.
Этот звук... Хруст сустава. Он ударил по моим нейроцепям очень сильно. Меня отбросило назад. В подвал.
Темнота.
Не просто ночь. Вата. Черная, липкая дрянь, которая забила уши, нос, глаза. Тишина такая, что звенит в ушах. Слышно, как фантомные нейроны в башке щелкают.
Я повис в пустоте.
Ни рук. Ни ног. Кусок мяса в бульоне. Во рту — вкус прогорклого масла. «Амброзия», мать её. Эта дрянь везде. В глотке, в легких. Я ей дышу. Булькаю, как карась в ведре с отработкой.
Двадцать лет.
Счетчик в интерфейсе сдох на цифре 7300. Дальше я сам считал. По ударам насоса.
Раз удар. Два удар. Вечность.
Я — консерва. Алексей фон Шварц. Последний из Рода. Гниющий аристократ в канализации. Смешно. Verdammt!
Опять. Накатывает.
Запускается старый цикл памяти. Я пытаюсь его остановить, сбить процесс, но куда там…
Тот день. Мне тридцать.
Я был идиотом. Сказочным идиотом. Гений, миллиардер, наследник великого Рода. Я думал, я неприкасаемый. Думал, моя охрана везде и меня не достать.
Ошибся.
Они взяли меня тупо, как лоха. Прямо у выхода из клуба. Без шума. Электрошок в шею, мешок на голову — и в багажник.
Очнулся в подвале. Сыро, темно. Воняет застарелой мочой, плесенью и хлоркой.
Я привязан к стулу скотчем.
Наемники. Экипировка «Милитех», лица закрыты масками. Им было плевать на мой титул, на мои деньги. Им нужны были коды. Доступ к «Ядру» Шварцев.
— Пароль, Алексей, — спокойно сказал старший. — Или мы начнем с мизинца.
Я послал его. Я же Шварц. Гордый.
Зря…
Старший кивнул. Подошел «мясник» с обычным, ржавым слесарным молотком. Он не спешил.
Первый удар — мизинец левой руки. В кашу.
Я заорал так, что чуть связки не порвал.
Второй удар — безымянный. Хруст кости был громче моего крика.
Они методично, палец за пальцем, дробили мне кисти. Десять ударов. Десять вспышек белой боли, от которых я чуть не сдох прямо на этом обоссанном стуле.
Потом они взялись за ноги. Арматурой. По коленям.
И я сломался. Я не герой. Я был готов отдать им всё — коды, счета, душу. Я рыдал, пускал слюни и умолял их остановиться.
И тут стена взорвалась.
Бетонная крошка брызнула шрапнелью. В проем шагнул Он.
Полковник. Начальник СБ. Мой личный цербер.
Два хлопка. Охранник и старший упали. Аккуратные дырки во лбу. Синхронно.
«Мясник» дернулся, хотел прикрыться мной. Полковник прострелил ему колено, потом голову. Деловито, без эмоций. Просто работа.
Он подскочил, разрезал скотч ножом.
— Живой? — голос спокойный, ноль эмоций, как у робота.
Я вывалился ему на руки куском отбивной. Ноги не держат, пальцы — кровавое месиво.
Он взвалил меня на плечо, как мешок с картошкой.
— Держитесь, господин… — прохрипел он мне в ухо.
Вынес наружу. Ночь, дождь. Черный фургон. Уложил меня на заднее сиденье.
Мы ехали долго. Я то отрубался, то выл от боли на ухабах.
Остановка. Лес? Промзона? Не знаю, темно было.
Он снова потащил меня. Железная дверь прямо в склоне холма, замаскирована под щитовую. Полковник набрал код. Пискнул замок. Сервоприводы зажужжали — и дверь мягко отъехала в сторону.
Внутри холод. И три капсулы.
— Где мы? — прохрипел я, глотая кровь.