– Стой! – подал голос Кирилл. – Замерли.
Смин остановился настолько беспрекословно и резко, что бежавший следом за ним Вигарь сшиб его с ног. Оба с хрустом покатились в грязно-серые мертвые заросли осота. Ни Максим, ни Держан даже не улыбнулись.
– Ах вот вы как… – опять вкрадчиво заговорил Кирилл с кем-то невидимым. – Перехитрить вздумали, ну-ну. Дети вы малые. Максим! Ты у нас самый прыткий, самый юркий – ну-ка живо назад, на холм. Там пошумишь малость, попетляешь – да вьюном по восточному склону к старой каменоломне. И не бойся, тебя не схватят – веришь мне? Вот и хорошо. Давай, брате, давай.
Максим послушно рванул наверх и вскоре исчез среди кустов. Смин и Вигарь, которые, морщась и шипя, обирали себя от въедливых осотовых колючек, выжидательно уставились на Кирилла.
– А мы здесь подождем, – ответил он на незаданный вопрос. – Отдышимся, посидим, колючки повыковыриваем.
– Может, к орешнику отойдем, полудесятник Ягдар? – спросил с каким-то стеснением Смин.
– Нас и тут не увидят. Некому.
– Э… Да я не о том. Там, под кустами, белки с бурундуками авось не все орешки упавшие порастаскали, а?
Опять никто не улыбнулся.
– Иди.
Смин кивнул, но трогаться с места раздумал.
– Ну не иди, – пожал плечами Кирилл. – Тогда я вместо тебя – разохотил что-то.
Он направился к кустам. Присев под ними, неторопливо принялся собирать орешки в полу рубахи. Поворошил пальцем, выбросил несколько штук. Остальные, тщательно обтирая, стал поочередно закидывать в рот. Звучно разгрызал, аккуратно откатывая языком в сторонку ядрышко, шумно выдувал прочь осколки скорлупы и чавкал с совершенной безмятежностью. Смин с Вигарем посматривали на него украдкой, переглядывались и почему-то стыдливо опускали глаза.
Незаметно совсем рассвело. Ветер в очередной раз притих и словно затаился.
Держан вскинул лицо к низко нависшему небу:
– Снег вот-вот пойдет. Тогда наши следы…
– Мы успеем. А снегопад уже потом начнется, всё скроет, – Кирилл поднялся с корточек, утер губы, отряхнул рубаху: – Похоже, получилось как надо, други. Они теперь Максима принялись ловить, для нас путь свободен.
– А вдруг, не дай Бог, все-таки поймают?
– Я же говорил: нет. Смин, давай опять вперед. Вон туда. И пока что можно не спешить.
Вскоре под тонким слоем промерзшей земли начала угадываться глубоко врезанная в скальное дно лощины колея давным-давно заброшенной дороги. По сторонам ее появились огромные замшелые камни геометрически правильных форм. Один из них, почти расколотый надвое глубокой застарелой трещиной, размерами своими превосходил добрую избу.
– Вот это да! – мельком поразился Держан. – И как же они его двигали-то?
– Стоим. Ждем, – сказал Кирилл вместо ответа и задрал голову в сторону нависающего слева обрыва. Немного погодя, на краю его показался Максим. Примерился, осторожно спрыгнул на длинный язык каменной осыпи и с шуршанием съехал по ней вниз.
– Трое! – громким шепотом сообщил он еще на половине своего пути. – Одеты во всё серое, лица такими же серыми тряпками обмотаны. Я их отвел чуток в сторонку, дал подойти на две стрелы, потом…
– Я видел, как оно было, – не дослушав, подтвердил Кирилл. – А тех серых и сейчас вижу. Всё яснее и яснее. К ним теперь другие такие же с разных направлений подтягиваются. Все опять за мною. Прибавили ходу, хорошенько прибавили!
Чуть поодаль каменоломни по песчаному откосу, постепенно увеличиваясь в размерах, взбирались наверх сосны. Ветер снова поднялся, зашумел в их верхушках.
– Кажется, я догадываюсь, куда ты нас ведешь, – проговорил на бегу Держан.
– Ага, – согласился Кирилл. – Именно туда.
Прочие никак не проявили своего любопытства. Скорее всего, просто поосторожились на всякий случай.
Склон, который помаленьку набирал крутизну, неожиданно перегнулся горизонтально и превратился в широкую круглую поляну, окруженную высоченной колоннадой неохватных сосновых стволов. Кирилл подал знак остановиться и перевести дух. Смин, Вигарь и Максим недоуменно огляделись, сопровождаемые Держановой ухмылкой. Любопытный Смин, как всегда, не удержался первым:
– Полудесятник Ягдар, а зачем вы нас сюда привели? Что это за место такое?
– Ах да, я и забыл совсем… – Кирилл дернул лицом, на мгновение прикрыл глаза. – Теперь смотрите.
– Вот так-так!
– Ух ты! А как вы это сделали, полудесятник Ягдар?
– Да это… Да это же сам Синь-Камень, братцы, – прошептал Максим. – Синь-Камень! Выходит, правду говорили, что не всяк его увидеть может.
Почти благоговейно он обошел вокруг исполинской гранитной свечи, неуверенно протянул руку, но так и не решился прикоснуться к шершавой голубоватой поверхности без малейших следов мха и лишайника. Оглянулся на полуторасаженные каменные кругляши вокруг: